Денег много — толку мало...

Денег много — толку мало...

Фото: Евгений Костин/"Новое дело"

В прошлом номере «НД» было опубликовано интервью с известным аграрным экспертом, доктором экономических наук, профессором ДГУНХ, Почетным работником АПК России, координатором инвестпроектов компании «Югагрохолдинг» Шарипом Шариповым, в котором он рассказал, почему, несмотря на масштабные посадки новых садов в Дагестане, в республике по-прежнему не будет своих фруктов в межсезонье, и объяснил, что надо предпринять для того, чтобы эту проблему решить. В ходе разговора была затронута проблема недостоверности официальных статистических данных, иллюстрирующих работу республиканского агропрома. Ввиду ее особой важности мы решили продолжить разговор с Шариповым и попытаться выяснить, почему наши чиновники все время лукавят.

— Шарип Исмаилович, республиканские СМИ постоянно пишут о том, что официальная сельскохозяйственная статистика не отражает реального положения дел в агропроме. Я сам не раз и не два ловил представителей Минсельхоза на откровенном передергивании фактов. Может, у нас что-то не так с методикой подсчета? Смотрите, говоря о садах, вы сказали, что в прошлом году в Дагестане собрали 131 тысячу тонн плодов. А кто их реально считал с учетом того, что львиную долю произвели личные подворья?

— Надо признать, что цифра эта весьма приблизительная, скажем так, оценочная, поскольку сельхозорганизации, в которых ведется реальный учет, дали всего 1,8 % урожая, а более 97% фруктов получено в личных подворьях (ЛПХ). Сельхопродукция в этом секторе (ЛПХ) считается методом выборочных статистических наблюдений. Поясню, в республике имеется 437 тысяч личных подсобных хозяйств населения, при этом по установленной методике регулярно наблюдают лишь за весьма ограниченным числом хозяйств.

— Насколько ограниченным?

— Учитываются данные по 0,16% всех ЛПХ. Это примерно 700 хозяйств по всей республике. Называется это «выборка». В итоге по результатам наблюдения за этими хозяйствами дается оценка состояния не только полумиллиона личных подворий, но почти всего агросектора Дагестана с учетом преобладающей роли ЛПХ в производстве сельхозпродукции. Кроме того, главы администраций должны вести отчетность, которую они представляют в райстатуправления.

— Замечательно. Даже если половина этих «выборочных» ЛПХ покажет небольшой рост, в республике сразу будет зарегистрирован очередной годовой рекорд. Ведь ЛПХ у нас дают 75% всей сельхозпродукции.

— Вполне вероятно. Этот рост, кстати, мы наблюдаем ежегодно. Примерно на 4–6% .

— Как я понимаю, при этом каждый новый руководитель отрасли оказывается заложником статистики, оставленной ему в наследство предшественниками. И если он решится озвучить реальные цифры, его реально заклюют, обвинив в неумении руководить.

— Вы правильно понимаете сложившуюся почти за тридцать лет ситуацию в этом секторе. Но рано или поздно нам придется вернуться к реальности, поскольку уже сегодня положение дел представляется абсурдным.

Лично я, когда поднимается вопрос о состоянии отрасли, мысленно возвращаюсь в свое родное село и сравниваю, что было и что мы наблюдаем сегодня. В детстве стоило выйти за пределы села — ты сразу попадал в нескончаемые кукурузные поля без конца и без края. Кроме того, каждого жителя обязывали выращивать кукурузу в огороде, а школьники регулярно привлекались для прополки кукурузы или выполнения других полевых работ.

Сейчас же, чтобы отыскать посевы кукурузы в республике, придется изрядно поколесить по сельским дорогам. Между тем, согласно отчетам, мы сегодня выращиваем кукурузы больше, чем в предреформенном 1990 году. Это при том, что техники стало меньше примерно в 5–6 раз, и поэтому отнести все это на счет повышения уровня механизации достаточно затруднительно.

Схожая ситуация и с заготовкой кормов. Если раньше все село в сезон было занято заготовкой кормов на естественных сенокосах, при этом следили, чтобы не осталось неубранным даже клочка неудобий, то теперь косу в селе днем с огнем не сыщешь. Многие естественные сенокосы давно заросли мелколесьем. И при этом, по официальным данным, в прошлом году с естественных сенокосов было получено более 900 тыс. тонн сена, что в три раза больше, чем в 1990 году, когда стога сена пестрели повсеместно. И таких примеров можно отыскать немало.

— Интересно, а как у нас обстоят дела с картофелем? Судя по обилию волгоградской и астраханской продукции на наших рынках, особого рывка здесь мы обеспечить не смогли. Надеюсь, в «статистической реальности» собственного картофеля нам в межсезонье хватает?

— Начнем с того, что для торговли картофелем в межсезонье опять же необходимы нормальные овощехранилища, которых у нас нет. Что же касается статистических данных, согласно им в 2016 году в республике было произведено 396 тыс. тонн картофеля (31-ое место в стране), что в 5 раз больше, чем в 1990 году. К слову, в России объем производства картофеля за этот же период немного снизился. Почти весь этот урожай (99,2%) выращен в личных подворьях, которые каким-то невероятным образом совершили этот рывок. В стране в целом доля ЛПХ в производстве картофеля также решающая, хоть и ниже чем у нас —78%, но почему-то его производство нисколько не выросло.

— А у нас пятикратный рост? Я не ошибся?

— Нет. Не ошиблись. По медицинским нормам в год на душу населения требуется 90 кг картофеля. Выходит, что мы не только полностью покрываем свои внутренние потребности в картофеле, но и вывозим за пределы республики 125 тыс. тонн. А между тем, как вы отметили, наши рынки торгуют преимущественно завозной картошкой, которую, кстати, отдельные продавцы пытаться сбыть под видом местной. Чуть ли не каждый второй уверяет, что у него акушинская картошка, вот только верят им только очень наивные люди.

— И что мы имеем в итоге?

—В итоге мы уже превзошли уровень советского периода более чем в два раза и уверенно идем дальше. Расчеты показывают, что по итогам прошлого года объем продукции сельского хозяйства в республике во всех категориях хозяйств составил 210% к уровню 1990 года в сопоставимой оценке, тогда как в целом по стране еще не удалось выйти на показатели предреформенного 1990 года (99,5%). Складывается интересная ситуация — мы вроде растем быстрее всех, но при этом по многим параметрам конкурентоспособность регионального агросектора продолжает снижаться.

— Успех наверняка достигнут за счет ударной работы ЛПХ?

— Естественно. Если в целом по России за период с 1990 по 2016 годы ЛПХ продемонстрировали рост всего на 117%, у нас они отработали намного лучше — индекс роста составил 330%, т.е. прирост в секторе ЛПХ республики превысил общероссийский показатель в три раза. Естественно, возникает вопрос: как долго можно жить, опираясь на показатели ЛПХ, которые в реальности измерить невозможно? Ведь все мы, особенно сельские жители, реально понимаем, что ресурс личных подворий не безграничен. Нельзя бесконечно перекладывать на их плечи задачу по обеспечению обязательного роста. Есть же предел, тем более что число ЛПХ неуклонно сокращается, сельские жители уходят в города, от многих традиционных работ люди отказываются.

Если говорить о сельхозпредприятиях республики, то тут цифры намного скромнее — в 2016 году объем производства составил всего 68% от уровня 1990 года, тогда как по стране этот показатель — 86%.

— За счет чего же наши ЛПХ обеспечили такой «рывок»? Насколько я понимаю, ни особой техники, ни новых прорывных технологий у них не наблюдается?

— Какая техника! Мы с вами говорим о приусадебных участках учителей, врачей, работников бюджетных учреждений, на которых люди работают в свободное время, а не с утра до позднего вечера. Некоторые при этом содержат скот, некоторые нет. ЛПХ не подлежат официальной госрегистрации, только учитываются в похозяйственных книгах, которые должны вестись в каждом сельском поселении. С юридической позиции — это форма непредпринимательской деятельности, поскольку люди занимаются производством сельхозпродукции для собственных нужд. При этом по закону они имеют право продавать излишки продукции. Как и много лет назад, основная «техника» здесь тяпка и лопата, а о новых технологиях абсолютное большинство даже не слышало. И именно эти хозяйства обеспечивают рекорды и успехи отрасли.

На мой взгляд, невозможно выстроить вектор развития агропрома, опираясь на данные ЛПХ, поскольку они очень нестабильны. Именно поэтому Минсельхоз России в последние годы не учитывает данные по этому сектору при расчетах уровня обеспеченности населения тепличными овощами, молоком и некоторыми другими видами сельхозпродукции.

— Получается, что сегодня никто не может с точностью сказать о том, что в реальности происходит в данном секторе. И самое главное, нет никакой методики, позволяющей оценить объемы производства продукции в ЛПХ?

— На самом деле методика такая есть. Получить реальную картину можно, проанализировав результаты сплошной сельхозпереписи, которая впервые после 1920 года была проведена в России в 2006 году. В прошлом году, кстати, состоялась вторая перепись.

— Я нигде не видел ее результатов. Они где-нибудь публиковались?

— Дело в том, что данных по прошлогодней сельхозпереписи пока нет, есть только предварительные сведения по размеру земельных участков, согласно которым средняя площадь наделов ЛПХ на селе в республике составляет 0,7 га, что значительно выше данных 2006 года. Для сравнения, размер ЛПХ в КБР составил 0,2 га, в Ставропольском крае — 0,3 га, в Чечне — 0,1 га. Так что единственная отправная точка отсчета на сегодня — это результаты переписи 2006 года. Так вот, согласно им более 50 % личных подсобных хозяйств Дагестана (по России 76%) не содержат крупного рогатого скота. Подобных «говорящих» цифр в переписи 2006 года содержится очень много. Все они свидетельствуют о том, что в реальности на селе наблюдается тенденция сокращения аграрной занятости.

Такое впечатление, что мы неожиданно для себя вскарабкались на высоченную пальму, а теперь не знаем, как с нее слезть. Но слезать-то рано или поздно придется. Если мы не поймем, где реально находимся сегодня, мы не сможем понять, куда нам идти завтра. Это же очевидно. Пора понять, что высокие темпы роста ведут к самоуспокоению, мешают поиску ответов на вызовы времени.

— И что делать в данной ситуации?

— Готовых рецептов у меня нет, есть лишь понимание того, что нынешнюю ситуацию необходимо как-то менять для того, чтобы спуститься с пальмы. Проблема имеет системную природу, и поэтому к ее решению надо и подходить системно. Ясно одно — только объективная, беспристрастная оценка положения дел позволит нам определить наши болевые точки, чтобы решать не общие (мы это очень любим), а конкретные проблемы той или иной отрасли. В прошлом номере мы с вами определили болевые точки нашего садоводства (логистика и питомниководство). Думаю, именно так следует подходить к анализу положения дел на всех направлениях.

И еще. Ситуацию в сельском хозяйстве необходимо оценивать не по индексам роста, неуклонно демонстрирующим позитивную динамику, а по числу реализованных реальных проектов, позволивших поднять технологичность той или иной подотрасли и увеличить долю местной продукции на республиканском продовольственном рынке и на рынках других регионов. Потенциал, кстати, для этого есть. Тогда намного проще будет оцениваться результативность оказываемой господдержки. Сейчас же у нас есть рост, но нет развития. Это путь тупиковый, рано или поздно мы окажемся на обочине.

Собственно, это уже происходит. В технологиях овцеводства нас уже потеснили Калмыкия и Ставропольский край, в овощеводстве — астраханцы, которые за короткий период совершили рывок в переводе отрасли на технологическую основу. Я не говорю уже об овощеводстве тепличном промышленного характера, тут мы отстаем от многих наших соседей. Да чего далеко за примерами ходить. Наша с вами беседа о проблемах садоводства в Дагестане в предыдущем номере «НД» — это очередное подтверждение того, что без новых технологий, без системного подхода к решению проблем все денежные вливания оказываются неэффективными. Увы.

 Читайте нас в Telegram
 @novoedelo

Знаете больше? Сообщите редакции!

WhatsApp, Telegram, SMS: +7 964 051 62 51 (не для звонков)

Форум «НД» в Telegram: https://t.me/nd_forum


Смотрите также:




А что вы думаете об этом?

Комментарии к новости(12)
Фрейд
Фрейд30 декабря 2017 г. 17:02

О, Думы мои Думы . О горе мое горе. Минсельхоз РФ все в его руках от воды до семьян и сельхоз техники . Что же говорить 73 статья конституции РФ .Все централизовано . Соха все решит


мура
мура31 декабря 2017 г. 3:59

Шарип исмаилович работал столько лет в минсельхозе и потом зам пред правительство ну что ему мешала этим заниматься а не болтовней заниматься как он учился в америке и ... штамповать липовые научные работы студентом стыдно шарип


Ахмед
Ахмед31 декабря 2017 г. 19:48

Мура, сперва маску сними прежде чем нести эту муру! Потом ознакомиться не помешает с ним, тогда придётся извиняться! Как легко можно оклеветать, спрятавшись за кнопки телефона,


Ахмед
Ахмед31 декабря 2017 г. 21:37

Взятки и Шарип - несовместимые понятия, тем более в студенческой среде, об этом мурке скажут в этом самом Минсельхозе, на что ссылается! Бессовестный


мура
мура11 января, 14:07

ахмед насчет взяток любит он или нет спроси руководителя хозяйство сар сар или кфх нур удачи тебе ахма бродяга


мура
мура11 января, 14:19

и насчет студенческой среде вам это говорит 500 тыщ за кандидатскую работу почти бесплатно так что уважаемый ненадо из людей наивных чукотских юнош делать и тебе советую губу закатай обратно не будет из него министра как бы не крути


Муса
Муса11 января, 17:48

Мура ты бродяга и есть что пишешь эту чушь. Отдаёшь отчёт о ком пишешь - чей то родич видимо этих ..., кого скоро все услышим .


мура
мура11 января, 18:29

ты походу с ахмеда превратился муса шарип иди строчи кандидатские


Муса
Муса11 января, 22:52

Зачем эти пустые хабары и попытки за маской оскорбления типа делать - давай я как друг Шарипова организую встречу с тобой и теми о ком пишешь выше!!! Будешь извиняться . и?


мура
мура13 января, 11:58

давай сделай я за но толко с одним условием со мной туда придет корреспондент нового дела и он напишет все сюда окей


Муса
Муса16 января, 7:44

Мура ты приводишь свои источники - на кого ссылался, прессу я приведу . Назначай время и место сразу тут дам свой Моб


Ашурбек Габибов
Ашурбек Габибов22 января, 16:21

Дагестанское законодательство "О Земле" принятое в свое время не без инициативы и участия Муху Гимбатовича не соответствует законодательству РФ, как и в большинстве республик СК, поэтому у нас земельный вопрос наиболее острый и не решенный. У земли нет хозяина, а без него никакой отдачи нет. Вопрос однозначно можно решить только после принятия Закона в пользу тех кто ее обрабатывает и живет на ней, тогда и люди останутся в Родных Краях, конечно при условии решения в их пользу многих других законов, в первую очередь финансовых и налоговых льгот! Тогда может и толк будет!


Комментировать могут только зарегистрированные пользователи. Для комментирования, пожалуйста войдите или зарегистрируйтесь




Загрузка...

Последние новости

Опрос

Что необходимо "Анжи" для возвращения в РФПЛ?