Музыку к опере написал Ширвани Чалаев — один из самых ярких современных композиторов, как его охарактеризовали в буклете, выпущенном к дагестанской премьере московского театра. Наталья Сац сама предложила ему написать музыку для оперы, услышав его пение и игру на рояле: «Вы должны написать для нас оперу о Маугли. Это ваша тема, я уверена». Режиссер-постановщик Александр Федоров, говоря о музыке Чалаева, отметил, что в ней «много свободы, энергии, какого-то даже дикарства». И вправду, с первых же нот музыка захватывает зрителя и отправляет его в мир джунглей, опасностей, держит в напряжении на протяжении всего спектакля.

Главная идея спектакля — победа человека над животными инстинктами. Маугли, который считал себя волком, мечется, находится в поисках себя, до тех пор, пока не поймет, что он человек. И декорации сыграли роль в становлении Маугли-человека: огромная каменная голова некого божества, в которой он узнает себя.

Александр Федоров так говорит об идее оперы: «Выбор, поставленный в центре спектакля, очень актуален: подчиниться давлению среды или попытаться изменить законы джунглей, очеловечить их… Маугли становится Человеком в тот момент, когда чувствует готовность отдать свою жизнь за тех, кто гонит его. Человек не может капитулировать перед темной, звериной силой. Есть вещи важнее выживания, и только они делают человека человеком. Не инстинктивная борьба за выживание любой ценой, а самопожертвование ради высшей цели. Вот эта способность отдать жизнь не за детеныша, скажем, свойственная и зверю, а за идею — она и позволяет Маугли передать джунглям толику человечности». И тут неслучайны костюмы персонажей — плащи с лапами без хвостов и полумаски, благодаря которым образ получался двойственным — в нем животное и человеческое начало. Актеры для создания своих образов изучили животные повадки: гордая и пластичная Багира плавно передвигалась по сцене, пропевая слова бархатистым, как бы мурчащим голосом; необузданные и крикливые бандерлоги резали слух своими визгами; неповоротливый добряк Балу, переваливался с лапы на лапу, разговаривая с персонажами низким и сильным голосом, а шипящие змеи могли загипнотизировать не только обезьян, но и зрителей.

Хотя спектакль поставлен для детей, взрослому зрителю, думается, не менее интересно созерцать актерскую игру, имитирующую повадки животных, слушать динамичную, захватывающую музыку и наблюдать становление человека.