Создают семьи, растет новое поколение мусульман. Не найдем среди названных ни пьяниц, ни наркоманов, ни гулящих женщин. Эти люди — пример целому городу. 
Они не берут кредиты в банках из тех соображений, что это харам. Живут своеобразной мусульманской жизнью. И не просят от государства никакой помощи, наоборот, платят налоги в бюджет области. Занимаются и благотворительностью, в частности, помогают детским учреждениям.
Но называть их жизнь безоблачной нельзя, эксцессов хватает. Бывают не только нацистско-рэкетирские наезды, но и чиновничьи палки в колеса. Однако астраханские дагестанцы держатся с особым мужеством, помогают в беде своим землякам, сохранили свои вековые традиции. Здесь стоит упомянуть о главном — о духовной силе этого поколения, о сплоченности мусульман Астрахани. Большое значение для них имело восстановление мечети №3, так называемой Красной мечети. За нее тоже была война с чиновничьим бюрократизмом. Во времена застоя в здании мечети располагалась аптека, до нее — призывной пункт. Сейчас во время пятничной молитвы мечеть битком набита, люди даже во дворе располагаются. С первого дня открытия мечети после ее возвращения мусульманам имамом является не татарин, как это было раньше, а дагестанец — Мухаммад, сын Умара из Кванады Цумадинского района Дагестана. О том, как живется прихожанам этой мечети, мы и решили поговорить с ним.
— Сколько лет, как вы стали имамом мечети?
— Уже скоро 4 года. До меня им был небезызвестный Абдулхасан.
— Мухаммад, вы совершенно молодой человек. Где получили образование?
— Первые азы постигал дома, потом 10 лет учился в Египте.
— Десять лет?! Даже в мединституте и то лет 5-6 учатся. А религиозная учеба — она что, такая долгая?
— В вузовской системе образования все немного по-другому, там этапов поменьше.
— Здесь, в Астрахани, наверное, как и в Дагестане, есть какие-то разные течения, споры и так далее?
— Пока у нас этого нет. Все как родные братья, без споров, без разделения на всякого рода течения, приходят делать свой фарз и пытаются помогать друг другу.
— А какие у вас отношения с муфтиятом и муфтием города?
— Мы относимся к Уфимскому управлению, здесь у нас муфтий Назымбек-хазрат Ильясов. Ему 58 лет. Очень добропорядочный образованный человек. Встречаемся, часто дает советы по решению многих проблем. Конечно, проблемы возникают, сейчас думаем над расширением территорий и т.д.
— А как дела с администрацией города?
— Есть депутаты, которые нам помогают, и другие тоже — все хорошие, нет ни одного депутата-противника. С губернатором еще не было личной встречи. Но думаю, что если нужно будет, то и он поможет.
— Как у вас здесь с новообращенными мусульманами? Есть такие?
— Да, есть. К нам часто обращаются с вопросами люди другой веры, которые хотят принять ислам. В основном это молодые ребята, которые с нашими ребятами дружат в школах, институтах, в спортивных секциях. В последнее время таких обращений очень много. В среднем в месяц 10 человек принимают ислам. Мы, конечно, рады этому. Я сам готов помочь таким, поделиться последним куском хлеба.
— А были случаи, что сегодня принял, а завтра бросил?
— Такого пока нет, наоборот, чаще новообращенные сильнее верят во Всевышнего.
— Расскажите какой-нибудь впечатляющий случай принятия ислама.
— Пришли муж, жена, дети — две дочки и сын — с крестами на шее. После беседы со мной приняли ислам, изменили имена. И ушли довольные, с радостными лицами, как будто сбросили вековой стресс!
— 1 мая в Махачкале был совершен теракт — погибли двое детей, были раненые. Ваше мнение — может ли быть оправдание людям, совершившим такое?
— Мое мнение и как имама, и как мусульманина, нельзя никого убивать, даже муравья. Где такой хадис, что кяфиров надо убивать? Нет такого. Нельзя человека убивать вообще, это несмываемый грех! Например, убили Саид-афанди в Чиркее. Что он плохого делал? Кому? Он учил людей, что нельзя воровать, нельзя убивать, нельзя пить, курить, нельзя хоромы строить. Что плохого в том, чему он учил? Не знаю, куда Дагестан катится. К счастью, здесь такого нет.
— К вам приезжали представители Духовного управления мусульман Дагестана?
— Пока не приезжали, но мы были бы очень рады их приезду.
— Сколько вы получаете в месяц на этой работе?
— Я за четыре года никакой зарплаты здесь не получал и не требую ее.
— Семья, дети у вас есть?
— Да, жена и пятеро детей.
Я ушел от имама под впечатлением. Да, хороший, мирный город Астрахань. Представьте себе, более 20—30 тысяч человек, живущих в этом городе, — наши, дагестанцы, которых, так сказать, «выжала» из родного края грязная, бессовестная, коррумпированная мафиозная политика! И эти люди нашли себе и приют, и работу в Астрахани. А городу их труд дает дополнительные налоговые доходы. Не только в Астрахани, но и в других областях России есть такие же труженики — выходцы из нашей республики: их более 50 тысяч, к примеру, в Ростовской области. А сколько их в Ставрополе, Волгограде, других городах?.. Почему этот потенциал не используется у нас? Дагестан и по сей день покидает молодежь, в том числе образованная. Уходят целыми семьями, даже на север.
Вечером на вокзале меня провожали мои друзья. И еще, чтобы знали приезжающие в Астрахань, в городе, на вокзале, есть комната для намаза. Это тоже благодаря стараниям имама Красной мечети №3 Мухаммада.