Просматривая периодически сайт Прокуратуры Республики Дагестан, увидел новость, которой с нами поспешила поделиться Прокуратура г. Махачкалы по Советскому району от 31 июля 2015 г. Проблемы безопасности дорожного движения настолько сильно заботят прокуратуру, что она решила проверить, насколько безопасно наши тела перевозят из точки А в точку Б. Затея весьма похвальная и очень нужная, если бы не одно «НО». Именно «не одно». Как указано на сайте прокуратуры, по результатам проверки 11 материалов были направлены в следственные органы для решения вопроса об уголовном преследовании, а вот на то, насколько законно возбуждаются такие дела, я и хочу обратить внимание прокурора Дагестана.

Должен сказать, что ранее я принимал участие в качестве защитника в такого рода делах, видел обвинительные заключения, которые пишутся под копирку. Вот краткая и основная выдержка из обвинительного заключения, которая раскрывает суть претензий: «подсудимый умышленно, с целью получения прибыли, осознавая, что ТС находится в технически не исправном состоянии, оказывал услуги по перевозке пассажиров». Как правило, перечень технических неисправностей состоит из 3—4 пунктов: отсутствует аптечка, неравномерно схватывает тормозная система, люфт рулевого колеса превышает предельно допустимые значения, внесены изменения в конструкцию транспортного средства.

Начнем с последнего: внесения изменений в конструкцию ТС (далее по тексту — КТС). Что можно понимать под этим термином? Прокуратура, ГАИ и ряд экспертов понимают под этим любое внесение изменений в КТС, причем без ссылки на конкретный нормативно-правовой акт. Даже если это банальная замена заводского рулевого колеса на аналогичное по размеру, но не от завода-производителя машины. Между тем единственным НПА, детально определяющим, что можно считать внесением изменений в КТС, является Приложение №2 к Правилам регистрации ТС, п. 35.4. По нему блокирование задней двери, например, нельзя назвать внесением изменений в КТС, так как при этом ни конструкция кузова, ни другие элементы несущего каркаса, имеющего маркировочные идентификационные обозначения, не затрагиваются. 

Что касается умысла, с которым, как считает прокуратура, действуют водители, занимаясь перевозкой пассажиров, — ни для кого не секрет, что перед выездом на линию все маршрутные ТС проходят предрейсовый техосмотр ТС. У каждого водителя есть путевой лист, в который ставится отметка о прохождении ежедневного техосмотра. Так каким образом, пройдя техосмотр, водитель может знать о неравномерной работе тормозной системы или люфте рулевого колеса? Ведь это можно определить только на стенде.

Далее: о принципе «заведомости», которой так изобилуют обвинительные заключения. Для того чтобы привлечь водителя по ч. 1 ст. 238 УК РФ, нужно для начала составить в отношении него административный протокол по ч. 1 ст. 12.5 КоАП РФ и запретить эксплуатацию ТС до устранения технических неисправностей. Если водитель после этого продолжил заниматься перевозкой пассажиров, тогда принцип «заведомости» налицо. Во всех субъектах РФ порядок привлечения к уголовной ответственности пассажироперевозчиков именно такой. Однако нашей прокуратуре, видимо, недосуг соблюдать все тонкости процессуального законодательства, когда на кону показатели, которые можно легко «срубить» на неграмотных и запуганных водителях. Раз уж прокуратура проявляет такую принципиальность, было бы справедливым с ее стороны обязать начальника УВД Махачкалы убрать с перекрестков улиц Гамзатова и Ярагского, Ярагского и имама Шамиля патрульные автомобили ГАИ, которые там находятся в нарушение ПДД РФ и сильно мешают дорожному движению, а также создают угрозу безопасности дорожному движению. Тем более что прокурором уже было внесено представление в адрес начальника УВД по данным нарушениям, которое так и осталось на бумаге.