До боя Эллиотт не очень лестно отзывался об Багаутинове: «Я абсолютно уверен в том, что он не представляет угрозу, — сказал Тим. — Он может отправить в нокаут, но если это все, о чем стоит беспокоиться, то это делает мою задачу сверхлегкой».
Однако на протяжении всех трех раундов Али Багаутинов переигрывал противника и получил заслуженную победу судейским решением. После этого боя Багаутинов закрепился в десятке лучших бойцов наилегчайшего веса и находится в двух победах от возможного титульного боя.
Наш спортсмен, до боя предпочитавший меньше говорить и больше готовиться к противостоянию, после поединка сказал все, что он думает и о сопернике, и о бое, и об Арнольде Шварценеггере, который присутствовал на этом поединке (Али даже удалось сфотографироваться с кумиром детства).
— Было желание наказать Эллиотта, но я боялся ошибиться, потому что это UFC, а здесь любая ошибка наказывается, — рассказал Багаутинов в интервью корреспонденту «Чемпио-нат.com». — Надо все время быть на чеку — каждый свой удар и техническое действие надо делать четко. Если бьешь, надо чтобы этот удар прошел, если бросаешь или делаешь болевой, то тоже надо доводить до конца.
— Ваш поединок с Тимом Эллиоттом получился очень интересным и непростым. Можете назвать его самым сложным боем в карьере?
— Не могу сказать, что это самый сложный бой, но он действительно самый неудобный соперник в моей профессиональной карьере. У него непонятная манера ведения боя. Он идет вперед, старается загнать соперника, вымотать, а затем уже делать свое дело. Я с тренерами подготовился тактически правильно, поэтому и выиграл.
— После боя вы пообщались с Арнольдом Шварценеггером. Что он сказал вам?
— «Good fighter»: мол, хороший боец. Пообщался с ним немного, сфотографировались и разошлись. Но ему действительно понравилось, как я выступил.
— Вы вошли в первую десятку и теперь сойдетесь с бойцом, имеющим такую же победную серию. Например, с Джоном Додсоном или Джоном Линекером. Кто из них вам интереснее?
— Я уже на восьмом месте в рейтинге. С Додсоном мы вместе тренировались, так что я лучше бы встретился с Линекером. А вообще нет разницы, с кем драться в октагоне, потому что это моя работа. Мне интересен только пояс, а с кем драться на пути к нему, меня не интересует.
— Додсон тоже побеждал Эллиотта. Во время совместных тренировок он помог вам раскрыть его слабые стороны?
— Додсон помогал мне, два раза в неделю спаррингуя со мной. Он использовал ту же тактику ведения боя и подсказывал отдельные моменты. Мы с ним обсуждали их, за что ему большое спасибо.
— Что вы будете делать в первую очередь по возвращении домой?
— Я буду отдыхать недели две, а потом буду тренироваться, чтобы быть в тонусе. Буду работать над «функционалкой», посещать зал и бассейн.
— Вы давно не проводили полных боев. Довольны тем, как отработали три раунда?
— Я доволен этими тремя раундами, но надо еще чуть-чуть поработать над функциональной подготовкой. Акклиматизация давила, и было тяжело перестроиться. Все, что я смог сделать, сделал.