Записки из прошлого: Маршрут заложников: Кизляр–Первомайское

20.01.2017 23:22

Со дня трагических событий в Кизляре, связанных с нападением на город чеченских боевиков, прошел 21 год. Предлагаем читателям вспомнить, как развивались события двадцатилетней давности в репортаже собственного корреспондента «Нового дела» с места действия.


В Кизляр я приехал во вторник около полудня. Район вокруг больницы с родильным отделением, прилегающие дома контролировались чеченскими боевиками, простреливающими все улицы вокруг. С крыш пятиэтажных домов снайперы вели прицельный огонь.

Оставшиеся в своих квартирах люди окольными путями покидали свои дома и уходили из города. Первого убитого я увидел возле городской бани. Пожилой мужчина лежал у входа, он был застрелен в висок из снайперской винтовки. Недалеко от него, на мосту, лежал в луже крови мужчина средних лет. Возле трупа валялась его пробитая шапка.

В это время в городском отделе внутренних дел заседал оперативный штаб. В Кизляр подтягивались спецподразделения и ОМОН МВД Дагестана, ожидалось прибытие «Альфы» и других подразделений по борьбе с терроризмом.

Начальник Кизлярского РОВД милиции В. Иванов рассказал, что когда ранним утром раздались в городе автоматные очереди, сотрудники милиции выехали в район Черемушек, но до сих пор некоторые из них не вернулись, он не знает, где они находятся. Тут зазвонил телефон. Звонил из больницы его заместитель по оперативной работе Я. Закарьяев, оказавшийся в числе заложников. Он сообщил, что вместе с ним находятся начальник отделения уголовного розыска и еще несколько милиционеров из ГОВД. Потом сюда привезли убитого заместителя начальника РОВД В. Богачева, труп которого днем никак не могли вытащить из-под огня. Владимир Иванович лежал спокойный… без руки. Боевики стреляли в него из гранатомета, а затем забрали табельное оружие и служебное удостоверение. Богачев одним из первых работников милиции бросился к больнице спасать заложников.

Тем временем руководители республики, ведя переговоры, настаивали на прекращении огня. Хотя стрельба не прекращалась, люди собирались возле здания городской администрации и мечети. На митингах звучали призывы вооружаться и самим освободить заложников. Людей удалось отговорить от поспешных действий, объяснив, что в результате переговоров боевики согласились утром отпустить заложников.

С наступлением темноты стрельба в городе усилилась. Так продолжалось всю ночь.

Утром во время посадки в автобусы боевики нарушили условия договора, они взяли с собой помимо мужчин также женщин и детей. К заложникам присоединились дагестанские депутаты и представители республиканских министерств. Боевики потребовали кроме автобусов еще два КАМАЗа, объяснив это тем, что им нужно забрать трупы своих бойцов. Кроме семи трупов в машины они погрузили оружие и боеприпасы.

До рассвета 11 автобусов и два КАМАЗа в сопровождении милицейских машин покинули Кизляр. Вслед за колонной двинулись «Икарусы» со спецподразделениями ФСБ и МВД России.

После их отъезда я пошел в больницу. Она была оцеплена милицией. Людей выводили с центральной проходной. Народу здесь по разным оценкам было до 3-х тысяч: женщины, дети, люди пожилого возраста, новорожденные, которых молодые матери, закутав в одеяла, держали на руках. Внутрь не пускали, ждали минеров.

Один из бывших заложников решил, видимо, добраться до дома короткой дорогой и возле цокольной части здания больницы подорвался на мине. Ему оторвало голень, но он еще не чувствовал боли. Мы подбежали к нему, возле него собрались омоновцы, которые указали дорожку, по которой можно было пройти. В семи метрах от раненого на земле боевики оставили сверток, от которого шли два проводка. На языке минеров этот «сюрприз» называется растяжкой.

На улице в салоне изрешеченного «жигуля» за рулем я увидел убитого водителя. Возле, в 10 метрах от него, лежали трупы двух боевиков в турецком камуфляже, без оружия и боеприпасов. Недалеко от них навзничь лежал парень, глаз которого был выбит автоматом. Как пояснили жители близлежащих домов, боевики пытались захватить находящуюся неподалеку воинскую часть внутренних войск.

На следующий день я поехал вслед за колонной с заложниками. Как мне потом рассказали, как только первые две машины проехали блокпост у селения Первомайское, по колонне с вертолета был выпущен снаряд, попавший в сопровождающую автомашину нашего ГАИ. По счастливой случайности ее пассажиры остались в живых, они выскочили из нее в один миг. Пока вертолет заходил на второй круг, колонна быстро развернулась и, двинувшись в обратном направлении, остановилась возле блокпоста. Часть боевиков выбежала из автобусов и рассеялась в ближайших домах, а другая — осталась в автобусах вместе с заложниками. Люди стали разбивать стекла и размахивать белыми самодельными белыми флагами, стараясь отвести беду. В суматохе боевики заблокировали блокпост, где несли службу 37 сотрудников УВД Новосибирской области. Милиционерам была дана команда не открывать огонь по террористам, поскольку они находились вместе с заложниками. Чтобы не обострять ситуацию, милиционерам пришлось сдать оружие и самим оказаться в их числе.

В это время неподалеку от Первомайского высадился десант, показался спецназ, со стороны Чечни показалась колонна танков. Увидев бронетехнику, С. Радуев заявил, что если танки подойдут на расстояние в 100 метров, боевики начнут убивать заложников, в первую очередь — российских милиционеров.

Затем в район блокирования боевиков Радуева прибыли председатель Госсовета М.-А. Магомедов, председатель правительства А. Мирзабеков, председатель НС РД М. Алиев и другие республиканские руководители. Весь день шли переговоры, закончившиеся только к утру следующего дня. Военное командование настаивало на уничтожении террористов на территории Дагестана. А попытки членов Федерального Собрания РФ Р. Абдулатипова и Г. Гамидова договориться с Радуевым об освобождении заложников не дали результатов. Боевики обещали отпустить людей в том случае, если им будет обеспечен беспрепятственный въезд в Чечню вместе с заложниками до населенного пункта Новогрозненский.

Однако после последовавших затем длительных переговоров боевики сообщили выходившему с ними на контакт начальнику отдела УУР МВД РД У. Умаханову, что они готовы отпустить женщин и детей, если с ними на переговоры выйдут лидеры дагестанских национальных движений, поскольку, как заявил Радуев, они хотят официально принести извинения дагестанскому народу. А в полдень 12 января Радуев сообщил, что он сделал мировым информационным агентствам заявление, что в случае химической атаки они убьют пятерых сотрудников новосибирской милиции…

На следующих переговорах дагестанскую делегацию возглавил председатель Махачкалинского городского собрания Курбан Махмудгаджиев. В этой встрече вместе со мной участвовали другие журналисты, поэтому она вылилась в своего рода пресс-конференцию. Кроме самого Радуева и его боевиков пришли и четверо заложниц, которых он через час с лишним отпустил. Рассказывая о проведенной боевиками акции, Радуев заметил, что это была диверсионно-войсковая операция по уничтожению вертолетной базы в Кизляре и российской воинской части. Если бы не вертолетная база, утверждал Радуев, то они никогда бы не вошли в Кизляр. Он также сказал, что в Кизляре его отряду во время уличных боев местная милиция оказала серьезное сопротивление, поэтому они вынуждены были загнать в больницу мирных людей, чтобы сохранить жизнь своих бойцов. Благодаря женщинам и детям, взятым в заложники, сказал Радуев, их до сих пор не уничтожили. Лидер террористов сказал, что подобные акции будут проводиться во всех дагестанских городах, где дислоцированы российские войска.

Как это уже бывало на переговорах, Радуев не сдержал свое слово, выпустив 12 января часть женщин и детей, а также одного мужчину, у которого осталась в заложниках 15-летняя дочка.

13 января позитивных изменений не произошло. Боевики по-прежнему настаивали, чтобы жители Дагестана организовали живой щит между ними и федеральными войсками для безопасного продвижения в Чечню.

Как мне потом рассказали в Хасавюрте, здесь на городскую площадь стали стекаться люди. В основном чеченцы-аккинцы. Состоялся митинг. В полдень чеченцы-аккинцы на автобусах и легковых автомашинах, а также пешком двинулись к Первомайскому, где их встретили мощные кордоны органов правопорядка. К 16 часам митингующие чеченцы-аккинцы, требовавшие вывода российских войск из Дагестана и создания живого щита для беспрепятственного выезда боевиков в Чечню, стали расходиться, поскольку их не поддержали дагестанцы.

Дальнейшее уже известно. 14 января боевикам был предъявлен ультиматум об освобождении заложников. Вечером этого же дня в Первомайское прилетели министры ФСБ и МВД России Барсуков и Куликов. 15 января в 8 утра руководитель ЦОС ФСБ России генерал А. Михайлов сообщил журналистам, собравшимся на окраине села Советское, находящегося неподалеку от Первомайского, что, если боевики не отпустят заложников и не сдадут оружие, они будут уничтожены. Михайлов также попросил журналистов укрыться в безопасное место. В 8.50 с боевиками связался по рации Барсуков, предложивший Радуеву поднять белый флаг, на что тот ответил молчанием.

Через 10 минут барражировавшие в воздухе вертолеты внезапно начали наносить ракетные удары по позициям боевиков. «Заговорила» артиллерия. Артподготовка продолжалась полчаса. В 11.30 возобновился интенсивный обстрел с воздуха. Руководитель ЦОС ФСБ России заверил журналистов, что летчики работают с ювелирной точностью. Что касается заложников, то они, по мнению генерала, находятся в мечети, школе и в одном жилом доме. На шквальный огонь боевики отвечали из минометов и гранатометов, осколок одного из снарядов упал недалеко от места, где находились журналисты.

После 12 часов «Альфа» и спецназ при поддержке авиации и тяжелой техники начали штурм. Во второй половине дня стало известно, что боевики подбили два российских БТРа. В это время стали поступать в военно-полевой госпиталь первые раненые со стороны федеральных сил. К 17 часам одиннадцати заложникам под артобстрелом удалось уйти из Первомайского, они были доставлены в Советское на фильтрационный пункт.

Интенсивный артобстрел продолжался 16 января. Спецназовцы занимали квартал за кварталом. В этот день в зону боевых действий вошел дагестанский СОБР. Его бойцы попали под шквальный огонь боевиков, оказавшихся в глубоких траншеях. Вечером стало известно, что среди дагестанского СОБРа имеются убитые и раненые. В этот же день на 16 часов через фильтрационный пункт прошли 17 заложников, среди них две женщины, два московских журналиста, работающих на агентство «Всемирные телевизионные новости» (WTN), один милиционер из Новосибирской области, один солдат российской армии, попавший, как он говорил, в Гудермесе в плен и которого боевики привезли с собой в Кизляр.

17 января операция по освобождению заложников продолжалась. Военные говорят, что сегодня ее закончат. Число освобожденных заложников составило 28 человек.

К. Зухрабов, наш спец.корр.

17 января 1996 г.
Знаете больше? Сообщите редакции!
Телефон +7(8722)67-03-47
Адрес г. Махачкала, ул. Батырмурзаева, 64
Почта [email protected]
Или пишите в WhatsApp +7(964)051-62-51
Мы в соц. сетях:
Смотрите также