Из-за полной антисанитарии и резкого ухудшения экологической обстановки возникают вспышки инфекционных заболеваний, а в последнее время резко возросло число онкобольных. 

Опасно для здоровья
Территории агрофирмы им. Г. Давыдовой и Зональной опытной станции (ЗОС) бригады-3 местные жители называют поселком Пенхас-Кала. Расположен он в трех километрах от южного поста ГАИ Дербента, вплотную к городскому полигону для твердых бытовых отходов. Ежедневно сюда вывозят многотонный городской мусор. Огромный полигон не соответствует никаким санитарным нормам, от чего сам поселок имеет вид населенного пункта, погрязшего в куче мусора. Многолетние попытки местных жителей хоть как-то ускорить перенос городской свалки результата не дали: не помогают ни многочисленные обращения в городскую администрацию, прокуратуру и территориальные органы Роспотребнадзора и Росприроднадзора, ни акции протеста.
— Последняя надежда на вас, — говорит при встрече местная жительница Маннай Гусайниева. — Все наши обращения безрезультатны, мы и президенту Дагестана уже писали, только нас никто не слышит. Наши дети постоянно болеют, среди жителей резко увеличилось число онкологических больных. Только за последний небольшой период от этого умерло несколько человек. На самой свалке участились несчастные случаи, когда люди проваливались и их заживо погребало горящими отходами.
Ситуация действительно катастрофическая. Если нам с вами сложно представить жизнь на мусорной свалке, то пенхаскалинцам сложно представить, что их поселок когда-нибудь вырвется из дымного плена и сможет дышать свежим воздухом. С северной стороны жизнь отравляет городская свалка, с южной — местный житель, организовавший на своем участке бойню.
— Здесь невозможно жить, — встречает «НД» другая жительница поселка Барият Абдусаламова, чей дом расположен в нескольких метрах от полигона. Недавно она потеряла мужа, он скончался от рака. Теперь Барият одна воспитывает двоих детей.
— Этот дым покрывает не только наш поселок, но и весь город, — продолжает она. — Белье вывесить невозможно, оно насквозь пропитывается «ароматами» со свалки.
В огородах ничего не растет, огурцы и помидоры максимум дают всходы и засыхают. Деревья начинают высыхать от такой экологии, хотя здесь плодородная земля. Практически все дети в поселке болеют. Недавно водила своего ребенка в больницу, врачи сказали, что у него все предпосылки для развития туберкулеза.
Говорят: «Дышите свежим воздухом, больше мы вам ничем помочь не можем». А где взять этот свежий воздух? У нас сутки напролет окна домов закрыты, мы не можем проветривать помещения, в комнатах душно. А как откроешь окна, если вонь стоит, комнаты дымом наполняются?
Полигон для бытовых отходов расположен на 4,5 гектара земли. С восточной стороны вдоль свалки протекает Самур-Дербентский канал. Воду из него жители поселка и города используют в сельскохозяйственных целях. Увидев канал, понимаешь, почему в огороде все высыхает, удивительно еще, что семена дают всходы. Навозные кучи, пакеты с мусором, внутренности животных — все тут.
Направляемся к городской свалке, Барият нас отговаривает: «Оттуда вы инвалидами вернетесь».
Чем ближе к полигону, тем сложнее дышать. Территория не огорожена. Рядом с ним расположилась небольшая пристройка, за натянутой проволокой большие тюки с чем-то.
— Там сортируют и складывают картон, — поясняет Маннай Гусайниева. — Все отходы, в том числе медицинские, свозят сюда, но ничего, кроме бумаги, здесь не сортируют.
Тут же пасутся коровы — неизменный атрибут городских свалок. Они везде, отогнать от мусора животных невозможно. Об экологичности и пользе молока таких коров можно разве что сочинять анекдоты.
Навстречу с полигона идет женщина с большим узлом какого-то хлама, собранного на свалке. Увидев нас, она прячет лицо и отворачивается.
— Таких немало, — говорит Маннай. — Для них городская свалка стала средством существования. Совсем недавно один сгорел на мусорке. Мусор тлеет, и в тех местах, где нижние слои выгорают, верхний проваливается, вот его и погребло под недогоревшими отходами, он получил жуткие ожоги, долго лежал в реанимации. Отвезли в Махачкалу, но там сказали, что лечить смысла нет, и выписали. На второй день он скончался. В другой раз провалилась женщина, но ее чудом удалось спасти. Кто-то шел мимо, услышал крики, и ее откопали. Сколько тут находили трупов, частей тел… Иногда, когда огонь на свалке разгорается, дым валит клубами и застилает пролегающую рядом автотрассу. От густого смога в вечернее время не раз случались аварии.
Подняться на небольшую возвышенность, где располагается полигон, оказалось сложнее, чем предполагалось. Энтузиазм быстро угасает. Едкий дым жжет глаза и горло.
— Сколько лет нам обещают перенести эту свалку, — встречает нас на обратном пути Барият Абдусаламова. — Раньше все надеялись, а теперь, когда мы слышим об этом, становится смешно: сколько можно обещать?
Точную статистику больных в Пенхас-Кале вряд ли кто-то сможет назвать, да и не на руку это местным чиновникам. По словам жителей поселка, их дети часто жалуются на головные боли, а в последнее время стали покрываться пятнами.
— Точного диагноза поставить никто не может, — говорит живущая по соседству с Абдусаламовой мать троих детей. — Все списывается на экологию. Я сначала думала, что ветрянка. Врач сказал, что нет, предположил, что аллергия. К ним тоже лишний раз обращаться не хочется. У меня сын болел. Когда ему стало лучше, я отвела его к врачу, чтобы та выписала справку для детского садика, что мы здоровы. Она даже не осмотрела сына, чтобы удостовериться, поправился ли он полностью или нет, а просто выписала справку. Детей лишний раз на улицу не выпускаем, да и играть им места нет — везде грязь.
Через 10 минут пребывания в поселке чувствуешь, что начинаешь задыхаться от нехватки свежего воздуха, через 15 минут подкатывает тошнота и начинается головокружение. 35—40 минут, проведенных здесь, хватает надолго. Это состояние не отпускает и после того, как вырываешься из этого дымного плена и выезжаешь далеко за поселок. Вкус гари во рту чувствуется спустя даже 5-6 часов после отъезда. Голова продолжает болеть и на следующий день. И это последствия 40 минут. А каково людям, которые постоянно дышат этим воздухом?..

«Мы отравили, вы — лечите»
Врачи ситуацию в Пенхас-Кале отлично понимают, но говорить об этом открыто отказываются. Участковый врач-терапевт Зоя Ядаева просит не включать диктофон. «Давайте сначала так поговорим», — предлагает врач.
— Насчет мусорки вопрос стоит ежегодно. Жители моего участка недовольны, на этой свалке даже один больной сгорел. Люди инфицируются, везде грязь. В маленьких канализационных ручейках что только не плавает… Полная антисанитария! Два года назад люди выходили на митинги, перекрывали дорогу, приходила санэпидстанция, делала заборы, обещали, обещали, и опять одно и то же. Онкологических заболеваний масса, очень многие умерли, возможно, от вирусной инфекции. Основная масса заболеваний — инфекция верхних дыхательных путей.
— У нас даже один год была вспышка холеры, — говорит участковый врач-педиатр.
— В прошлом году были вспышки кори, — продолжает Ядаева. — Дети ходят на эту мусорку, копаются. Два года назад была вспышка гепатита, мы как раз делали прививки. А какой толк от этих уколов, если инфекция гуляет рядом?.. Ты уже записываешь? — беспокоится врач. — Не надо пока, мы потом более компактно скажем.
— А дети часто болеют? — интересуемся мы.
— Может, и болеют, но обращаются они только в крайних случаях, — последовал ответ педиатра после небольшой паузы.
Официальная версия о сложившейся в поселке обстановке звучала так: нарастают инфекционные заболевания и немного растет число онкологических заболеваний.
— Никаких вспышек инфекций не было! — не согласен с дербентскими врачами начальник территориального отдела Управления Роспотребнадзора в Дербенте Олег Касумов. — Было в Деличобане (село под Дербентом. — «НД») в 2006 году 32 случая, после этого вспышки гепатита А в Дербенте и в районе не было. Единичные случаи гепатита А есть всегда. Откуда у детей пятна, я не знаю. Да, полигон не соответствует никаким санитарным нормам, но отклонений от норм по заболеваемости в поселке нет. Конечно, там чуть выше заболеваемость хроническими бронхитами. Вопрос состоит в одном: все согласны, что мусор из города надо вывозить, но куда его вывозить, пока решения нет. Это должно решить правительство республики. Пока этот вопрос не будет решен, мусор вывозить можно только на полигон в Пенхас-Калу. Наши руководители неоднократно выходили с этим вопросом на правительство РД.
— А что их тогда останавливает? – интересуется Маннай, пожелавшая сопровождать нас и лично послушать чиновников.
— Не знаю.
— Может, деньги?
— Нет!
— У нас есть информация, что в 2009—2010 годах немецкая компания предлагала открыть здесь мусороперерабатывающий завод, оказалось, что для администрации города это не по карману — каждая переработанная тонна мусора обходилась бы ей в две тысячи рублей, — говорит Маннай.
— Возможно. Я этой арифметикой не владею. Может, в бюджете города не было таких средств.
— Значит, на лечение людей можно тратить федеральные деньги, а свои потратить на вывоз мусора нельзя?
— А если их нет? — с осторожностью ответил вопросом на вопрос Касумов.
— Получается: «У нас денег нет, поэтому тех, кого мы отравили, лечите вы, то есть федеральный центр»?
Ответа на этот вопрос не последовало.

Мечты сбываются?
Хотя полигон и предназначен для городских отходов, но располагается он на территории муниципального образования «Дербентский район». Городской мусор сюда вывозили еще до появления поселка. Первоначально здесь располагалась Зональная опытная станция, потом населенный пункт стал разрастаться. Люди забили тревогу и просили перенести полигон в другое место, тем более что неоднократно озвучивалось, что под городскую свалку выделено 20 гектаров земель отгонного животноводства на границе с Табасаранским районом вблизи поселка Сталин-чиллер. По словам главы Дербентского района Курбана Курбанова, решение вопроса зависит от городской администрации, все что мог район для этого уже сделал.
Между тем в 2009 году глава района Курбан Курбанов заключил договор аренды сроком на 49 лет с ООО «Полигон» о представлении земельного участка площадью около 5 га, расположенного на землях сельхозназначения на территории села Джалган. В свою очередь ООО «Полигон» предоставил в субаренду 3 га свалки МУП «Дербентсервис» для складирования городского мусора. На остальной территории свои отходы размещают Дербентский коньячный завод и ООО «“Дербентский универсальный рынок” Дагпотребсоюза».
Сегодня земля, выделенная под полигон, используется не по назначению. При ее передаче необходимо было учесть правовой режим земель, как того требует Земельный кодекс РФ.
Сам полигон для складирования твердых бытовых отходов не отвечает никаким нормам и функционирует, нарушая практически каждый пункт СанПиНа, федеральных законов «Об охране атмосферного воздуха», «Об охране окружающей среды», «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» и т.д.
Махачкалинская межрайонная природоохранная прокуратура подготовила иск к администрации Дербента, МУП «Дербентсервис» и ООО «Полигон», который будет передан в Дербентский городской суд. Описание нарушений на территории одного полигона занимает 30 листов. Прокуратура просит признать незаконными действия администрации Дербента, которые заключаются в непринятии мер по организации утилизации и переработке твердых бытовых отходов на территории Дербента; обязать администрацию к январю 2014 года обеспечить разработку и принятие программы по утилизации и переработке отходов и организовать работу полигона в соответствии с экологическими и санитарными нормами; до 1 сентября этого года определить порядок сбора отходов, разделяя его на виды, то есть необходима раздельная утилизация пищевых отходов, текстиля, бумаги, стекла и т.д.; приостановить деятельность «Полигона» и «Дербентсервиса» по размещению бытовых отходов. Так как дело будет рассматриваться в Дербентском городском суде, а иск подан на местную администрацию, есть риск, что оно затянется на месяцы, несмотря на то, что в заявлении все нарушения расписаны довольно подробно, со ссылками на законы. И тогда сроки, обозначенные прокуратурой, могут значительно сдвинуться.
В то же время сама администрация обвинения в свой адрес не признает.
— Насчет того, сколько лет можно решать вопрос о переносе полигона, к нам (я имею в виду Имама Яралиева и себя) вопросов не может быть, — говорит замглавы города Магомед Гафаров. — Я точно так же возмущен, как жители поселка и прокуратура. В свое время свалка была на достаточном удалении от населенных пунктов. Да, на эту землю нет разрешительных документов. Но мы за это не отвечаем, это территория не городская, мы работаем с частным предпринимателем по договору, и наведение порядка на территории полигона — его обязанность. Решением вопроса о выделении земельного участка под строительство мусороперерабатывающего завода занимается Министерство имущества РД. Затягивается оно из-за бюрократии. Долго не могли разобраться, кому принадлежат земли. Больше месяца документы лежат в Росреестре, и пока они не оформят их как полагается, мы не можем действовать.
— Вы уверены, что документы там всего больше месяца? У нас на руках есть ответ вашей администрации жителям поселка, датированный 2 августа 2012 года, в нем также говорится, что документы находятся в Росреестре РД.
— Я сейчас говорю то, что есть. В 2012 году из-за неопределенности, кто хозяин земли, вопрос согласовывался с Табасаранским и Дербентским районами, а потом выяснилось, что территория не в их ведении. По получении документов на землю мы будем привлекать инвесторов. В том, что сегодня сложилась такая ситуация, виноваты те люди, которые выдавали разрешение на строительство в 30 метрах от свалки.
Как только мы получим документы на руки, мусор вывозить туда не будут.
— Разве для начала не надо подготовить территорию? Уйдет ведь время и на поиски инвесторов?
— Работа по инвесторам уже ведется. Проблема сегодня в другом: все это время земля, которую хотят выделить под полигон, никому не была нужна, а теперь, когда мы решили построить завод, появилось много желающих помешать этому. И потом, надо беспокоиться о другом: после того, как на эту свалку перестанут вывозить мусор, никто расчищать территорию не станет.
— Разве ее не должны рекультивировать?
— Должны. А кто этим будет заниматься?
— А кто должен?
— ООО «Полигон», а у него таких средств нет. Хоть это и ООО, и нам кажется, что это целая организация, на самом деле она состоит из одного человека, который занимается зарабатыванием денег.
В Минимущества РД вопрос обещают решить в течение двух месяцев.
— Земельный участок выбран, — поясняет начальник управления распоряжения республикинскими землями Минимущества Назим Рамазанов. — Сейчас решается вопрос о постановке участка на кадастровый учет, это займет дней 20. Затем необходима регистрация прав собственности (дней 25), а потом земли будут переводиться из категории в категорию.
Но есть риск, что и за два месяца вопрос решить не удастся. Пользователь земли, на которую претендует Дербент, — МУП «Восход» — пока своего согласия не дал. Зам-главы Дербента Гафаров, как выходец из Табасаранского района, взял этот вопрос на себя, обещав его решить. Но если положительного ответа добиться не удастся, Росреестр может отказать в регистрации земли, и тогда все надежды пенхаскалинцев на чистый воздух надолго обретут статус мечты.