Кавказский узел

29.09.2018 10:00

В последнее время на Кавказе участились политические процессы, так или иначе связанные с взаимными территориальными претензиями. Кабардино-балкарский конфликт показал, что простые, на первый взгляд, события и мелкие конфликты вполне могут перерасти в масштабные волнения. 26 сентября в столице Республики Ингушетия городе Магасе также начались волнения. В этот день было подписано соглашение о разграничении границ между Чеченской Республикой и Республикой Ингушетия.

Предполагается, что в соответствии с соглашением к Чечне должны отойти, по разным данным, от 18 до 34 тысяч гектаров земель, расположенных на территории Сунженского района. Примечательно, что параллельно этим событиям некоторые политики в Москве начали говорить о необходимости укрупнения регионов на Кавказе по территориальному, а не национальному признаку. А первый вопрос, поднятый перед Владимиром Васильевым в день его избрания, был о восстановлении Ауховского района, и поднял его депутат от Хасавюрта Висампаша Ханалиев. Любые волнения в соседних республиках, безусловно, негативно отразятся и на нашей республике и в случае отсутствия достаточной открытости власти и информированности общества в подобных случаях только усугубят ситуацию. Перед Васильевым стоит задача, которую не смогли или не захотели решить его предшественники на протяжении более четверти века. Пока же мы наблюдаем за тем, с какими трудностями сталкиваются наши соседи в урегулировании подобных вопросов.

На протяжении трех последних дней в Ингушетии идут массовые аресты протестующих, перекрыты границы, наблюдались перебои с интернетом. Также из центра присланы дополнительные силы Росгвардии и оборудование для разгона массовых протестов. МВД Ингушетии уже успело выпустить видеообращение, в котором обвинило внешние силы в раскачке ситуации и подготовке бунта, который будет при необходимости предельно жестко подавлен, поэтому участвовать в нем категорически не рекомендуется. В республику прибыл полпред Президента РФ в СКФО Александр Матовников.

Обмен или вычленение

Согласно официальной версии, главы Чечни и Ингушетии подписали соглашение о закреплении границы между республиками, она не была четко установлена со времен распада Чечено-Ингушской АССР.

Республики провели равноценный обмен нежилыми территориями Надтеречного района Ингушетии и Малгобекского района Чечни, передает ТАСС (к сожалению, даже такой респектабельный федеральный информресурс, как ТАСС, допустил грубую ошибку. Малгобекский район расположен на территории Ингушетии, а в качестве района, где находятся земли для предполагаемого обмена, упоминался Надтеречный район ЧР).

В свою очередь глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров заявил, что Чечня и Ингушетия не будут обмениваться территориями в рамках договора о границе.

«Нет передачи территорий ни с той, ни с другой стороны — мы эту разъяснительную работу будем проводить», — сказал Евкуров.

Евкуров сообщил, что вместе с главой Чечни Рамзаном Кадыровым они установили границу по территории, «устоявшейся с тех времен, с момента самостоятельности Республики Ингушетия». «Единственные коррективы мы внесли внизу, на равнинной части, там, где ровно квадрат на квадрат, метр на метр мы уступили друг другу с учетом того, чтобы выровнять границу и один клин выправить», — пояснил глава республики.

Полномочный представитель президента в Северо-Кавказском федеральном округе Александр Матовников считает, что соглашение о закреплении административной границы между Чечней и Ингушетией позволит разрешить затянувшуюся почти на четверть века проблему.

«Я искренне поддерживаю инициативу (…) по решению вопроса, давность которого уже более 25 лет. В соответствии с (…) Конституцией границы между субъектами могут быть изменены с взаимного согласия руководителей субъектов», — заявил Матовников.

Полпред выразил уверенность, что достигнутое согласие стало результатом работы двух руководителей — Юнус-Бека Евкурова и Рамзана Кадырова.

По поручению Кадырова

Глава Чечни Рамзан Кадыров подписал указ о создании комиссии для уточнения административной границы республики еще 8 сентября текущего года. Комиссия призвана собрать, подготовить и проанализировать документы и материалы, необходимые для работ по определению границ. Главой комиссии назначен спикер парламента республики Магомед Даудов, в ее состав также вошли премьер республики Муслим Хучиев, муфтий Салах-Хаджи Межиев, руководители министерств и ведомств. Работу комиссии контролирует лично Кадыров.

Вопрос об определении линии административной границы между Чечней и Ингушетией возникает периодически с начала 90-х годов. Две республики, входившие в состав ЧИАССР, были разделены после прихода к власти Джохара Дудаева. В 1993 году по решению Дудаева и главы Ингушетии Руслана Аушева Сунженский район, за исключением двух населенных пунктов — Серноводска и Ассиновской, отошли к Ингушетии.

В сентябре 2012 года Кадыров уже создавал комиссию по согласованию административной границы между двумя республиками, результаты работы были направлены в федеральный центр.

Комментарии очевидца

Свое мнение по событиям в Магасе и их непосредственный участник, известный ингушский общественник и блогер, Исропил Нольдиев.

— Исропил, вы как непосредственный участник событий и человек, следящий за ситуацией вокруг оспариваемых территорий, наверняка имеете свою, отличную от официальной, точку зрения на ситуацию. Что, на ваш взгляд, сейчас происходит в вашей республике?

— Ситуация накалена. В акциях протеста принимало достаточно большое количество молодежи. Но несмотря на имевшие место провокации со стороны отдельных представителей правоохранительных органов, ребята повели себя достаточно адекватно и не нарушали закон.

Тем не менее хотел бы подчеркнуть, что во всей этой напряженности виноваты, в первую очередь, наши власти. Все делается кулуарно, никаких внятных объяснений население республики до сих пор не получило. Мы, члены инициативной группы, проявили конструктивный подход, просили принять нас, провести хоть какую-то элементарную разъяснительную работу с населением, успокоить людей. Но ничего такого наши чиновники пока не сделали.

Самое парадоксальное, что до сих пор неизвестно, передали ли какую-нибудь территорию соседней республике или нет, и если да, то в каких размерах. Каким образом могут вестись дорожные работы на территории Сунженского района, если в это самое время там, по заявлениям властей Ингушетии и Чечни, проводится КТО, и в рамках этой КТО еще и активная фаза спецоперации? Почему тогда там работают гражданские специалисты из Чечни, а также историки-любители и блогеры? Как случилось, что контрольно-пропускной пункт у населенного пункта Ашты был передвинут на 2 километра вглубь территории Ингушетии? (Тут необходимо отметить, что собственно эти самые дорожные работы и КТО, проводимая силами, присланными из ЧР, и привлекли внимание общественности. Представители соседней республики хозяйничали на этой территории еще за три недели до того, как соглашение о передаче земель было подписано. На все эти вопросы мы должны получить ответы и действовать, исходя из того, что нам скажут.

— Чем ценна территория, о которой идет речь?

— Нам говорят о какой-то обычной горной лесистой местности. Но дело в том, что для Ингушетии это не просто лесные угодья, но особенное историческое, можно даже сказать сакральное место, с множеством родовых башен различных тейпов, историко-архитектурными объектами и сооружениями, там расположены башенные родовые поселения Цеча-Ахк, Мержи. Насчет обмена на земли Надтеречного района ЧР, то это больше похоже на домыслы. Вообще из заявления главы РИ Евкурова трудно понять, имеет ли место обмен территориями или безвозмездное вычленение большого куска земли нашему соседу. И еще говорилось о том, что населенные пункты не будут включены в перечень передаваемых земель. Но надо иметь ввиду, что село Даттых тоже опасно близко лежит в зоне оспариваемых земель, будет ли оно тоже передано? Это тоже крайне важный вопрос, так как  в этих местах [Даттых] есть месторождения нефти и других ископаемых. В свете последних новостей о передаче Москвой контрольного пакета акций нефтяной компании правительству ЧР сведения о передаче этих земель приобретают еще более двусмысленное звучание ».

— Мы знаем Юнус-Бека Евкурова не только как боевого офицера, способного к решительным действиям, но и как эффективного главу республики, в какой-то степени консолидировавшего ингушей после непростых времен правления Зязикова. Когда имел место приграничный инцидент между работниками МВД по РИ и кадыровцами в 2013 году, его позиция была однозначной и жесткой. Что изменилось сейчас?

— На мой взгляд, руководство республики уловило сигнал из федерального центра. Москва поначалу отстранилась от решения конфликта, а затем фактически поддержала притязания соседней республики. Приезд полпреда президента РФ в СКФО Матовникова и его присутствие при процедуре подписания соглашения подтверждают все это. Позиция и скупость информации, транслируемой в центральных СМИ, тоже говорят в пользу лояльности Кремля по отношению именно к такому развитию событий. Да и господин Жириновский, как правило, исполняет роль человека, который вбрасывает идеи и планы администрации президента и правительства РФ в информационное поле. Недавно он сделал заявление о необходимости укрупнения регионов по территориальному, а не национальному признаку. В частности, создания некой Горской Республики, включающей в себя Дагестан, Чечню и Ингушетию. Таким образом Кремль зондирует общественное мнение и подспудно готовит россиян к тем или иным нововведениям. Создание федеральных округов тоже в свое время начиналось с выступлений лидера ЛДПР.

Но хочу сказать, что, несмотря на то, что вера народа во власть практически полностью потеряна и еще живы и достаточно молоды люди, которые в начале 90-х освобождали от дудаевцев здание администрации населенного пункта Слепцовск Сунженского района, массовых волнений, думаю, удастся избежать. Население склонно реагировать на подобного рода события уже более сдержанно, чем 25 лет назад.

Взгляд со стороны. Наша перспектива

С просьбой прокомментировать историческую подоплеку столкновений на чечено-ингушской границе и обоснованность притязаний руководства ЧР на территории Сунженского района Республики Ингушетия мы обратились к председателю Историко-географического общества Дагестана Зурабу Гаджиеву.

— Насколько, по-вашему, обоснованы притязания чеченской стороны на часть земель, расположенных на территории Ингушетии? Когда и в результате чего возникла эта проблема, и как она решалась ранее?

— Тогда разграничение прошло по линии фактического проживания этнических ингушей и чеченцев с приблизительной ориентировкой на границы, имевшиеся у этих двух автономий в 1934 г., когда они были еще раздельны.

Но не в точности соответствуя им. На публиковавшихся картах имелись несостыковки. В условиях боевых действий, а затем непрекращавшихся КТО провести демаркацию этих границ было сложно — из зоны Даттыха на Фортанге, превратившейся тогда в прифронтовую, а сегодня ставшую проблемной, отселялись люди (ингуши).

Этот люфт в новых условиях создал некую недосказанность, некую лазейку, позволившую чеченскому руководству будировать проблему границы снова и снова. И хотя, казалось бы, президенты Зязиков и Кадыров (старший) в 2003 г. подписали договор о разграничении, по которому населенные чеченцами и де-факто находившиеся в Чечне станицы Ассиновская и Серноводская закреплялись за этой республикой и де-юре.

В результате все эти прецеденты, а главное, несравненно возросшие лоббистские возможности руководства Чеченской Республики в Кремле, позволили в текущей политической ситуации вновь будировать эту тему на фоне завершающегося срока правления главы Ингушетии Евкурова.

Едва ли будет преувеличением или конспирологией полагать, что амбиции Р. Кадырова позволяют ему претендовать на всю Ингушетию и восстановление территориального континиума прежней Чечено-Ингушской АССР. По крайней мере, об этом, не стесняясь, в открытую, заявляют поддерживающие его блогеры.

— Официальные представители ингушских властей не дают четких пояснений по ситуации, и самим жителям республики до сих неизвестно, идет ли речь о равноценном обмене территориями или нет, какие именно районы двух республик задействованы?

— Будучи не только историком, но и картографом, я очень хорошо знаю топографическую и административную карту обеих республик, и мне трудно представить, какие соразмерные территории в Надтеречном районе ЧР можно отдать, чтобы они оказались ненаселенными. Мне бы очень хотелось взглянуть на карту, которая, несомненно, должна прилагаться к такому договору.

А как историка меня удивляют заявления руководства Ингушетии о том, что они «равноценны», потому что в горах Сунженского района — это родовые села, это башни, это могильники и кладбища, это культурное наследие, а в Малгобекском и Надтеречном районах ничего этого нет.

Зная, как чутко ингуши относятся к любым захоронениям (даже чужим), не говоря уже о своих, едва ли можно предположить, что им это понравится.

— Насколько отлична данная ситуация от той, которая имела место ранее, в 2013 году?

— В 2013 г. во время инцидентов на границе я как раз был в Ингушетии и невольно стал свидетелем, погрузившись с тех пор в эту проблематику. Скажу просто, тогда ситуация была совершенно иная с обеих сторон…

Тогда это были несуразные потасовки на границе. Сейчас же это тщательно спланированная акция, к которой готовились не меньше года. Как бы то ни было, все это создает опасный прецедент, когда два назначаемых главы республик, не будучи ханами или же иными наследственными феодалами, без учета мнения людей и предусмотренного законодательством референдума распоряжаются казенным достоянием своих республик — отрезают, нарезают, меняются территориями.

С другой стороны в условиях Дагестана возникает тревога. Ведь мы очень часто слышим о претензиях к нам вплоть до самого моря, и очень не хотелось бы однажды ехать в Кизляр или Бабаюрт через въездные/выездные блокпосты.

Вся эта ситуация требует непременного общественного обсуждения и выработки соответствующей оценки на всех уровнях — как должностных, так и гражданских.

Знаете больше? Сообщите редакции!
Телефон +7(8722)67-03-47
Адрес г. Махачкала, ул. Батырмурзаева, 64
Почта n-delo@mail.ru
Или пишите в WhatsApp +7(964)051-62-51
Мы в соц. сетях:
Смотрите также