Что же касается жителей района, то тут выгоды от появления новых соседей не столь однозначны. Во-первых, гостям пришлось предоставить солидный земельный надел, что для малоземельного района достаточно проблематично. Во-вторых, коммуникации прокладывались по участкам, у которых имелись хозяева. А самое главное, прямой выгоды от соседства район не получит — все налоги, кроме земельного, будут транзитом уходить в Махачкалу.

Несмотря на это, глава администрации района Руслан ТОТУРБИЕВ уже не первый год значительную часть своего времени и сил тратит на то, чтобы обеспечить реализуемым проектам «зеленую улицу». Корреспондент «НД» попытался выяснить, что им при этом движет.

— Почитайте, и вам многое станет понятным, — Руслан Тотурбиев протягивает многостраничный документ. — Это акт Счетной палаты республики. Смотрите, «Обеспеченность средними общеобразовательными учреждениями в расчете на одно ученическое место в Кумторкалинском районе составляет всего 38,7%..., причем из общего количества общеобразовательных учреждений школы имеют износ более 50%». Что это значит в реальности? Школа в райцентре — селении Коркмаскала — работает в три смены. В ней всего 640 ученических мест, тогда как число школьников составляет 1161 человек. Школе уже давно необходим капитальный ремонт. Или возьмите Алмалинскую школу, находящуюся в аварийном состоянии. Она сборно-щитовая, рассчитана на 120 учащихся, а посещают ее 216 человек. Я не говорю о Шамхалянгиюрте, где давно надо строить новую школу. Цифры тут такие, что приводить стыдно. В помещении, рассчитанном всего на 60 человек, обучаются более 200 детей. Немудрено, что по обеспеченности школами мы занимаем последнее место в республике.

С детсадами абсолютно такая же картина. Катастрофически не хватает в районе медицинских учреждений. При нормативе 134,7 койко-места на 10 тыс. человек мы имеем всего 18,2 койко-места, или 13,5%. По этому показателю мы опять же в числе аутсайдеров.

— С чем это, по-вашему, связано? Району катастрофически не везло с руководителями?

— Не в руководителях дело, тут другое. Наш район — один из самых молодых в Дагестане, образован в 1993 году. Причем его образование происходило следующим образом — руководителям соседних районов дали команду выделить под новый район часть своих земель. А теперь скажите, как бы вы поступили на их месте? Отдали бы самые лучшие земли или же избавились бы от того, что самим в тягость? Смеетесь. А вот мне не до смеха, поскольку районный бюджет мы расходуем на латание дыр. И радужных перспектив при этом не намечается.

— Лет 30 назад на этих землях активно развивалось сельскохозяйственное производство, в частности виноградарство. О возрождении отрасли не задумывались? Несколько лет назад в республику приезжали французы. Так вот они после проведения многочисленных анализов вынесли заключение, что почвы в районе бархана Сары-Кум идеально подходят для выращивания винограда.

— В некоторых наших селах, например, в Учкенте, люди активно занимаются овощеводством, развивается в районе и животноводство. Началось восстановление наших виноградников. Жители Коркмаскалы объединились в кооператив, возглавляемый подвижником Абакаром Акаевым, закупили чубуки, начали разбивать плантации в направлении Сары-Кума. Мы им по мере сил помогаем. Подняли плантаж, восстановили старую поливную систему. Думаю, дело это пойдет. Но есть одна проблема… 75% территории района занимают земли отгонного животноводства. Еще процентов 5 — это дороги, каналы, зоны прохождения различных коммуникаций. И получается, что для развития сельского хозяйства району катастрофически не хватает земли. Жители селений Алмало, Темиргое, Аджидада не могут элементарно держать скот, потому что его негде пасти. Так что сельское хозяйство — это не тот канат, ухватившись за который, мы могли бы вытянуть район из трясины.

Я долго ломал голову над тем, как выбраться из этого тупика, и в итоге решил поддержать инициативу правительства по созданию в районе масштабной инвестиционной площадки. Признаюсь, решение это было достаточно трудным. Собственно, в жизни самое сложное — это принятие того или иного решения. Все надо пропустить через себя, а на это уходит много сил и энергии. Особенно, если за твоей спиной люди, которые тебе доверяют, которые на тебя надеются. Сделать окончательный выбор мне помог разговор с президентом Дагестана Магомедсаламом Магомедовым. Мы долго говорили, я задавал вопросы, слушал ответы. Знаете, я ему поверил. Поверил в то, что он действительно хочет изменить к лучшему ситуацию в республике. После этого я уже не раздумывал, а работал. Тем более что с трудностями пришлось столкнуться уже на начальном этапе.

— Земля?

— Ага. На первом этапе речь шла о выделении 50 га под площадку для стекольного завода. Надо сказать, люди изначально восприняли идею его строительства без восторга, очень настороженно. Я много часов потратил, убеждая самых активных противников проекта. В итоге сказал людям, что готов поставить на кон как свою репутацию, так и свои деньги. «Если проект не пойдет, — заявил я всенародно, — я найду средства на покупку 50 га, которые верну».

— Поверили?

— Знаете, не верят тому, кто хотя бы один раз соврал. А я своих слов не нарушаю, мне по-другому никак нельзя. В республике слишком хорошо помнят моего покойного отца Тотурби Тотурбиева, который много сделал для Дагестана и который служит мне примером поведения в жизни.

Должен отметить, что на этом этапе очень грамотно отработала команда Сулеймана Керимова, приехавшая в республику для реализации этого масштабного проекта. С самого начала они настояли на проведении всенародных слушаний, чтобы у людей не осталось вопросов, десятки раз встречались с жителями района. Как только у меня или у людей возникали какие-то вопросы, буквально через день из Москвы прилетал узкий специалист, досконально знающий данную тему. Благодаря этому нам удалось бесконфликтно снять очень многие вопросы, на первый взгляд казавшиеся неразрешимыми. Во времена СССР такие заводы строились десятилетиями. А тут всего за два года на месте бывшего карьера появится суперсовременное производство.

Проблем, скажу честно, было много. Взять хотя бы прокладку новой железнодорожной ветки. Нам ведь пришлось снести несколько домов, фундаментов, выделить владельцам участков, находящихся на пути прокладки трассы, другие. Если бы хотя бы один человек сказал: «Нет!», это сильно осложнило бы всю судьбу проекта. Слава Аллаху, этого не произошло. Все, что зависело от меня, я людям дал, но некоторые вопросы еще не закрыты, поскольку здесь нужна помощь республики. Уверен, что и тут проблем не будет, поскольку руководство Дагестана очень заинтересовано в том, чтобы в республику пришли инвестиции. Посмотрите, какой рывок в инвестиционной политике произошел за последние два года. Инвесторы получили преференции, о которых раньше и мечтать не могли. Готовая инфраструктура, налоговые льготы, финансовая и методическая помощь при подготовке проектов…

— Заинтересованность республики как раз понятна и объяснима — один только стекольный завод будет платить в год около миллиарда рублей налогов. Но району-то от этих денег какой прок? Насколько я понимаю, в ваш бюджет будет поступать только земельный налог. А это примерно миллион рублей.

— Раза в три меньше. Вы забываете о налоговых преференциях, предусмотренных для приоритетных проектов в Дагестане. Расчет у меня на другое. Будет хорошо Дагестану, соответственно, будет хорошо и нам. Раз уж наш район станет донором для республики, ее руководство просто обязано нас каким-то образом поощрить. Кстати, при разговоре с Магомедсаломом Магомедалиевичем я этот вопрос поднял, и меня заверили, что, как только инвестиционная площадка «заработает», это сразу же отразится на финансировании района.

Больше того, уже сегодня некоторые «больные» вопросы начали решаться, сдвинулись с мертвой точки. Так, недавно району передали спортивный комплекс в поселке Тюбе, который ранее принадлежал комбинату хлебопродуктов. «Разморожен» и наш главный долгострой — школа в Коркмаскале, которая строится с 2000 года. Здесь же и больница, строительство которой началось много лет назад. Так вот мне пообещали, что уже в будущем году эти два объекта, крайне необходимые району, будут сданы.

Это один аспект. Есть и другие. За последние десять лет население района выросло на 5 тысяч человек — с 22 до 27 тысяч человек при устойчивой тенденции к увеличению. Следовательно, району крайне необходимы рабочие места. Наличие масштабной инвестиционной площадки в этом плане открывает перед нами неплохие перспективы. Помимо стекольного завода здесь уже строится филиал махачкалинского завода «Сапфир», начата реализация проекта «Мараби» по производству керамогранита.

Кроме того, мы уверены, что вокруг строящихся предприятий жители района построят десятки небольших магазинов, предприятий сферы услуг — парикмахерских, кафе, различных бытовых мастерских. Это, во-первых, позволит решить проблему занятости, а во-вторых, будет способствовать тому, что часть зарплат работников новых предприятий будет оседать в районе. Ну а если подписанные протоколы о намерениях воплотятся в корпуса текстильной фабрики, которую у нас предполагают построить представители турецкой компании «Нергиз групп» и на которой будут работать более 5 тысяч человек, проблемы занятости в районе решатся окончательно и бесповоротно.

— С инвестиционной площадкой все понятно, давайте теперь поговорим о другом. Очевидно, что многие «больные» проблемы вашего района напрямую связаны с земельным вопросом. Не так давно президент Дагестана поднял вопрос о необходимости ввести в республике частную собственность на землю. Интересный момент: главы некоторых районов эту инициативу горячо поддержали, другие пока высказываться не спешат и от интервью на эту тему уклоняются. Вы себя к какой группе относите?

— Скорее, ко второй. С одной стороны, я должен претворять в жизнь политику руководства республики, поддерживать любую инициативу. Но вот вопрос — нужно ли руководству Дагестана просто бездумное одобрение. Сомневаюсь. Кроме того, я ведь представляю людей, оказавших мне доверие, выбрав руководителем района. Так вот многие жители района, особенно люди малоимущие, к этой инициативе отнеслись очень настороженно, поскольку опасаются, что введение частной собственности на землю окончательно похоронит их надежды на собственный земельный надел.

Посмотрите, главы каких районов сразу же заявили о поддержки земельной инициативы. Речь идет о компактных, мононациональных районах (в основном горных), где земля уже давно поделена джамаатами. Что же касается глав равнинных районов, то они пока молчат. Потому что понимают, что каждый неверный шаг в этом направлении чреват серьезными проблемами, а то и конфликтами.

Да, нынешнее земельное законодательство, безусловно, устарело, там имеется много спорных моментов. К примеру, жители кутанов, расположенных на территории нашего района, держат скот, тогда как для основного населения района это практически неразрешимая проблема. Дело в том, что аренда одного гектара отгонных пастбищ обходится в 20 рублей, тогда как гектар районной земли стоит в 30 раз дороже — 600 рублей. Ландшафт, травостой при этом абсолютно ничем не отличаются. Проблема? Безусловно. Причем, она касается абсолютного большинства жителей района без учета их национальности. Естественно, все эти «больные» вопросы (а их накопилось немало) надо решать.

Но до тех пор, пока я не услышу о конкретных механизмах реализации земельных проблем, пока свое слово не скажут ученые, специалисты, пока не будут найдены пути разрешения потенциальных конфликтов, я от высказываний на эту тему воздержусь, потому что сегодня мне пока еще нечего сказать своим избирателям.