— О «Школе будущего» сегодня много говорят. Что это за проект?
— Многие не сведущие в этом вопросе рисуют для себя космические механизмы. Ничего подобного. «Школа будущего» — название концепции проекта, в рамках которого в республику будет поставлен комплекс учебно-лабораторного оборудования для оснащения 473 общеобразовательных организаций. В проекте определены три уровня оснащения. Первый — максимальный уровень, в состав которого входят 20 лучших школ республики, отобранных нами по рейтингу. Конечно, возникнет большое количество вопросов, в частности: кто этот рейтинг составлял, какие критерии оценки использовались? Мы в министерстве прекрасно знаем, кто и чем занимается. Это реально лучшие школы Буйнакского, Кумторкалинского, Левашинского, Магарамкентского, Хасавюртовского, Кизилюртовского районов, Махачкалы, Избербаша, Дербента, Дагестанских Огней, Хасавюрта.
Для второго уровня проекта были отобраны 53 школы по принципу «лучшая школа муниципального образования». У нас 52 муниципальных образования. Еще одна школа, подведомственная нашему министерству, была выбрана дополнительно в зоне отгонного животноводства.
Больше всего оборудования поступит в первые 20 школ, чуть меньше — в 53. В сумме все эти 73 лучшие школы станут базовыми центрами. В двадцатке будет сформирован комплекс цифровых лабораторий, рассчитанных на каждого ученика, в 53 — только для учителей.
Еще 400 школ определены для третьего уровня. Формирование этого списка мы отдали на откуп районным управлениям образования. Критерии к школам предъявлялись следующие: доступ в сеть интернет, наличие помещения минимум на 15 посадочных мест и компетентный IT-специалист.
Когда получили все эти данные из районов, мы у себя в министерстве стали изучать их и сопоставлять с нашими данными. Обращали внимание на количество учащихся и количество раннее поставленного в эти школы оборудования. Раньше на поставку оборудования тратились большие деньги, но никто не контролировал, куда и сколько поступило, было ли оно установлено и запущено в школе и т. д. Это очень сложные вопросы, некоторые проблемы лежат в том числе и в политической плоскости. Сегодня общее количество компьютеров в республиканских школах — около 30 тысяч, из них для образовательных целей используются около 26 тысяч, доступ в сеть имеют всего 9 тысяч компьютеров. Поэтому на этот раз мы провели тщательный анализ по количеству детей, компьютерных классов, проверили наличие интернета. В ходе формирования списка было и такое, — не буду называть район, — что мне представили данные по школе, сказали, что очень хорошее учебное заведение, есть интернет, однако выяснилось, что эта школа только строится. Некорректное поведение некоторых руководителей управлений образования и недостоверность информации, которую они нам представляют, сильно тормозят весь процесс.
— А на что они надеются, предоставляя такую информацию?
— Думают, что, как и раньше, мы пригласим их в министерство, они получат на складе технику, привезут в район и будут сами решать, кому, куда и сколько дать. Когда мы запрашивали данные, они были убеждены, что нам нужны объемы. Ошиблись! Эти данные нам нужны были для анализа. И при этом анализе мы, естественно, определили, что на местах бардак. Министр Шахабас Курамагомедович Шахов дал жесткое указание провести соответствующий анализ. В связи с этим мы сами будем поставлять оборудование в районы, аккредитуем помещение, подпишем несколько актов об обучении, о вводе в эксплуатацию и акт приемки. То есть организационная схема будет принципиально иной. Мы не просто устанавливаем оборудование, но и на местах проводим малый инструктаж по его использованию, плюс еще на базе Дагестанского института подготовки педагогических кадров организуем для специалистов курсы с привлечением специалистов из других субъектов РФ. Более того, сейчас определяется технический оператор, который будет мобильно выезжать на места в случае неполадок оборудования.
Мы понимали, что процедуру реализации проекта надо провести максимально прозрачно. Мы хотим получить внятный эффект от внедрения данных систем, а для этого необходимо тотально контролировать, куда поставляется оборудование и как оно будет использоваться. Именно поэтому в проекте постановления правительства о выполнении проекта «Школа будущего» в плане мероприятий появилась графа о мониторинге реализации программы. Такой практики ранее не было. Общее кураторство и контроль будет обеспечивать Управление информационных технологий, которое будет создано при Министерстве образования и науки республики. Ответственными за кабинеты будут методисты. Мы определяли курирующего заместителя при директоре школы, в основном эту обязанность возложат на учителей информатики. Для них предусмотрена и надбавка к зарплате за дополнительную нагрузку. Будем проводить аттестацию этих сотрудников — кто не будет справляться, тот будет освобожден от должности.
— О каком конкретно оборудовании идет речь?
— По техническому оснащению это лучшее оборудование. В него входит учебно-цифровой комплекс, мобильно-программно-технический комплекс (ноутбуки), мобильное устройство для хранения и транспортировки ноутбуков, многофункциональное устройство (принтер, сканер, ксерокс), многофункциональная интерактивная доска со встроенными колонками, которые создают элемент домашнего кинотеатра, визуализатор цифровой, устройство для организации локальной сети от ведущей телекоммуникационной американской компании Cisco Systems. Внутри кабинета будет обеспечена wi-fi-связь. Поставлен цифровой образовательный контент по различным предметам на дисках. Это оборудование позволяет проводить комплекс лабораторных исследований по физике, биологии, химии и др. Более того, ученик, подключившись к датчику с помощью своего гаджета, сможет следить за лабораторной работой на экране своего телефона.
Помимо всего прочего мы создаем ведомственную информационную систему республики по общеобразовательным учреждениям. Здесь будут отчеты по всем учебным организациям, электронная фиксация успеваемости учащихся, пофамильный учет детей, анализ финансово-хозяйственной деятельности общеобразовательных учреждений. К примеру, во время единого государственного экзамена такая система позволит не только бороться с «ЕГЭ-туризмом», но и определить, был ли элемент фальсификации на экзамене, так как данная система позволит отслеживать хронологию успеваемости школьника. Используя такие электронные системы, мы снимаем большой пласт проблем. Сейчас мы готовим техническую документацию и концепцию проекта. По плану в феврале-марте мы должны объявить конкурсные мероприятия. Деньги под это дело заложены.
— Предусмотрен ли второй этап, в рамках которого в программу будут включены и другие школы?
— В конце 2013 года мы предполагали, что такой этап будет и дополнительно оснастим еще какое-то количество школ. Но, к сожалению, бюджет у нас не безразмерный, и нам не выделили дополнительные средства на закупку оборудования. Все оборудование закупалось на деньги из федерального бюджета в рамках комплекса мер по модернизации системы образования.
— Сколько было потрачено?
— Около 400 млн рублей только на проект «Школа будущего».
— А всего на систему образования в рамках модернизации?
— Всего за 2011—2013 год — 6 млрд рублей.
— Вы ведь проводили мониторинг. Каков эффект?
— Определенные успехи были достигнуты. Сказать, что эти успехи ощутимы или революционны, я не могу. Где-то какое-то оборудование поставлено, повысилась заработная плата учителям.
— Насколько наши школы готовы к реализации такого проекта?
— Скажу так: в городах — готовы, в районах, особенно в горных, — не готовы. Чем моложе педагог, тем лучше и быстрее он «схватывает». У старшего же поколения идет отторжение всего нового, поэтому людей надо обучать.
— Каковы сроки реализации проекта?
— У нас определен план мероприятий, рассчитанный до конца 2014 года. На ближайшие полгода много работы, мы начали развоз оборудования. К сожалению, метеоусловия внесли свои коррективы. На первом этапе мы развозим оборудование: сначала в 73 школы, потом в остальные 400. Второй этап — пуско-наладка на местах. Определены десять монтажных групп, которые ежедневно будут работать. Одновременно с этим будем обучать предположительно 1000 человек (с каждой школы по два человека).
— Какой рывок в системе образования прогнозируете от проекта «Школа будущего»?
— По нашему предварительному анализу, люди поначалу будут болезненно на это реагировать, хотя ничего сложного в этом нет. Желание использовать современные технологии в образовательном процессе есть, но я вижу, что присутствует некий легкий мандраж. Вы поймите, «Школа будущего» не останавливается на поставке и установке оборудования. Это изменение телекоммуникационной составляющей образовательных учреждений, формирование контентной составляющей общеобразовательных программ. Мы пересматриваем вопросы организации доступа к сети интернет. А с этим у нас большие проблемы. На днях мы планируем объявить конкурс, чтобы определить единого генподрядчика. В техническом задании для него будет прописана организация контент-фильтрации, чтобы дети были ограждены от деструктивных сил, плюс гарантированный интернет-канал.
— А в тех школах, где нет технических возможностей наладить интернет, как будет решаться вопрос?
— Я бывший работник министерства связи, и я прекрасно знаю, где есть интернет, а где его нет. У нас существует правительственная транспортная сеть передачи данных, которая охватывает все города и районы республики. Технически довести интернет-связь до школы можно с помощью радиолинейного оборудования. Но в некоторых школах, где есть интернет, имеются также злоупотребления со стороны начальников управлений образования, директоров школ: деньги на интернет отпущены огромные, а его либо в школе нет, либо связь очень слабая, и учителя вынуждены платить за качественную услугу из своего кармана. Такая ситуация в школах Кизилюрта, Каспийска, Кумторкалинского района и других муниципальных образований, и это неприемлемо...
— С вашим приходом появилась электронная система очереди в детские сады, но в первые же дни работа ресурса дала сбой...
— Для любой вновь внедряемой системы необходим тестовый период, в течение которого выявляются и устраняются возможные ошибки и сбои в процессе эксплуатации. В данном случае такой период тоже определен. По всей стране система работает в тестовом режиме с 1 января 2014 года, в полную силу электронная очередь должна заработать с 1 апреля 2014 года. Мы обеспечили механизм контроля подачи заявлений в детские сады. Теперь вне очереди никто не может быть зачислен в детский сад, так как очередь формируется автоматически, исходя из даты подачи заявления и наличия льгот. Каждая заявка получает номер, по которому можно прослеживать ее движение в системе. На сегодня в нашу республиканскую систему уже занесено в базу данных более 50 тысяч очередников.
— Технически есть возможность продвинуть свой номер вперед?
— В техническом плане это возможно. Безусловно, администратор должен иметь возможность вносить изменения и поправки в заявку, например, исправить некорректно введенные адрес, ФИО, серию и номер свидетельства о рождении и др. Но любые изменения с карточкой-заявкой ребенка отслеживаются и автоматически сохраняются в системе. Таким образом, коррупциогенная составляющая практически сведена к минимуму, поэтому ряд руководителей управлений образования и директоров дошкольного образования проклинают меня за то, что я внедрил эту систему. Причины понятны. Средняя стоимость взятки за устройство ребенка составляет от 20 до 40 тысяч рублей. Но были и силы, которые сами хотели этот бюджет освоить.
— А сколько было потрачено на создание этого контента?
— Около 6 млн рублей вместе с обучением. В ближайшее время специалисты дошкольных образовательных учреждений и методисты управлений образования городов и районов республики пройдут соответствующее обучение, график и группы уже сформированы.