Эпизод истории промышленности Дагестана

23.06.2026 00:48

Сперва предполагалось, что это будет короткий разговор в офисе компании «Солнечные батареи» с директором махачкалинского промышленного индустриального парка «Эльдаг» про то, как он решился установить первую в столице республики солнечную станцию на 100 киловатт и что это дало его производителям. Но любопытство журналиста и благодарные слушатели в лице оставивших работу инженеров создали атмосферу лектория, в которой директор завода «Эльтав», словно из витражной шкатулки, достал любопытные факты о людях, образовании и культуре промышленной индустрии советского Дагестана с 80-х годов. В результате получился материал для проекта «Ваше дело».

Алиев Шамиль Джамалудинович

Родился в 1960 году в селе Леваши. Но родом из аварского села Кутиша Левашинского района. Поэтому говорю на аварском и даргинском языках. Отец работал первым секретарем райкома партии. В 1969 его перевели в республиканские органы власти, и мы переехали в Махачкалу. У нас в семье было шестеро детей, и воспитание было жесткое. Жили в обкомовском доме на улице Манташева (Оскара).

Высшее промышленное образование

Как и положено сыну партийного работника, учился на отлично, стал октябренком, пионером, потом комсомольцем.

Я сейчас не помню как, но уже в девятом классе узнал про отделение планирования промышленности на экономическом факультете ДГУ. В 1978 году окончил школу и поступил на это отделение. В 1983 году окончил.

Нам давали основы множества специфических предметов, например, технология отраслей промышленности, логика и психология. Преподаватели говорили нам, мы из вас не готовим экономистов, мы из вас готовим будущих руководителей.

Но в дипломе написано — экономист.

Первый завод

На пятом курсе я женился и получил освобождение от обязательного распределения, поэтому у меня был выбор места работы. В нашем доме жил Кадиев Анвар Мансурович, директор завода «Дагэлектромаш». Он взял меня в отдел труда и заработной платы инженером по научной организации труда. В мою задачу входило поднять производительность труда за счет новшеств.

Полгода проработал в отделе, потом я вызвался ближе к производству, и меня поставили в самый тяжелый участок — механический, начальником планового распределительного бюро. У меня были в подчинении мастера. Цех производил комплектующие сварочных для агрегатов. Обрабатывали станины чугунные и делали метизы — это гайки, болты и так далее.

После каждой смены рубашка была грязная. Обувь из-за масла и стружки приходилось менять уже через два месяца. В общем, полгода поработал там и в 1985 году стал начальником цеха товаров народного потребления.

Миллионное производство

Мы выпускали электрокамин «Южный». В год 15 тысяч штук. Это был цех полного цикла. Резали на гильотиновых ножницах сырой металл, сгибали, собирали корпус. На гидравлических прессах вытягивали боковинки. Потом гальваника, покраска, полировка и сборка. Вольфрамовые спирали по 1 кВт тоже сами изготавливали. Даже надписи наносили методом фотолитографии.

Когда мне доверили цех, уже запускали новую модель камина — «Каспий». Ему дали знак «новинка» и за это его цена была дороже на 2 рубля, которые в итоге шли на премию не только нашему цеху, но всему заводу. За два года мы довели производство новой модели до 60 тысяч штук в год, на 1,3 млн советских рублей.

Чуть не стал ученым

Мой друг, преподаватель информатики в ДГУ Камилов Магомед-Камиль Баширович, тогда аспирант Московского финансового института, уговорил меня поступить в аспирантуру. В Москве у меня был научный руководитель Майданчик Борис Ильич, завкафедрой анализа хозяйственной деятельности, с которым потом подружились. Написал автореферат про анализ хозяйственной деятельности при производстве нашего нового камина «Каспий».

Экзаменатором была Сарра Бенционовна Барнгольц, которую называли матерью анализа. Она больше тройки никому не ставила, тем более заочникам. Стала расспрашивать меня, что такое пуансон, матрица — технические термины из моего реферата. Вопросы, на которые могут отвечать только технологи и конструкторы. Получив полный ответ, она удивилась, откуда я знаю технические детали. А как не знать, если я новый камин произвожу. Ну, она говорит, молодец, и поставила отлично. Я когда вышел, сказал остальным, что получил, у них глаза вытаращились.

Аспирантуру я оставил. Я производственник, а не ученый.

Школа менеджеров

В 1988 году я стал слушателем «Школы молодого менеджера», организованной Совмином Дагестана в Политехе. Руководил ею Магомед Эльдаров. В ней учились молодые специалисты со всех крупных заводов республики.

Мы собирались три раза в неделю после работы. Приходили со спортивной формой в спортзал, где нас учили йоге. Ведь после 8-часового рабочего дня мозги забиты и надо настроиться на учебу. Медитировали, делали растяжки. Переодевались, приходили в кабинеты и начинали занятия. Обычно учеба проходила в форме игры. Нам давали задачи, и мы обсуждали их.

До 10 часов вечера на учебе. Домой добирался к 11 часам вечера. Вот так проучился там два года. Получил интересный опыт и знакомство со всеми специалистами крупных заводов.

Кооператив

Моя официальная зарплата была 150 рублей оклад плюс 20% доплата за вредность. И 120 рублей ежемесячные премиальные. В итоге доходило до 300 рублей. Такая зарплата была у министров.

Но чтобы выполнить план, приходилось иногда работать по 12 часов в день. При этом условия труда были тяжелые. Плохо работали вытяжки в цехах, где металлическая пыль, масла и химия. Мы зависимы были от пара котельных. Главный энергетик, экономя газ, на ночь отключал котлы. Люди приходили и ждали, пока разогреются ванны. Уже потеря времени, производительности и так далее. А мы-то зарабатываем на весь завод, который из наших каминов по 2 рубля премию получал.

Я директору завода предложил кооператив сделать из цеха. Вы нам установите какой-то план сдачи продукции, а на остальном мы будем зарабатывать. Директор сперва меня поддержал. Я убедил своих рабочих в цехе, хотя это были уже немолодые люди.

Но пришлось выносить этот вопрос на обсуждение всего коллектива завода. Я вышел и выступил перед собранием. Однако после меня вышел директор, сказал, что кооператив — это еще какое-то неизвестное, а от этого цеха зависит и другое производство.

Начали голосовать. Мои рабочие только и проголосовали. Больше никто.

На следующий день я пришел и написал заявление об уходе.

Отец не пустил во власть

В школе менеджеров я познакомился с Александром Глуховым, секретарем парткома Приборостроительного завода. В 1989 году его перевели в Совмин Дагестана. К тому моменту я уже вступил в партию, и Глухов меня позвал инструктором курировать промышленность и товары народного потребления.

Я зашел к руководителю аппарата Совмина Арсену Атаеву, который тоже был нашим соседом по дому. Он одобрил мою кандидатуру и передал личное дело председателю Совмина — Абдуразаку Мирзабекову.

К тому времени мой отец стал председателем Комитета охраны окружающей среды, т.е. членом Совмина. Я отцу не сказал, что ушел с завода, потому что он мне не разрешил бы оставлять производство. На одном из совещаний Мирзабеков отцу говорит: твой Шамиль к нам идет.

Отец вызывает меня на ковер. И говорит: четвертому нечего делать на площади. Старший брат работал в горкоме партии Махачкалы, а муж сестры работал в здании профсоюзов.

Но я отказался возвращаться на завод.

«Эльтав»

Полгода работал с приятелем в небольшом кооперативе. Отец постоянно уговаривал пойти на какой-нибудь завод. Но я и без его протекции мог устроиться, поэтому отказывался.

Головное предприятие завода «Эльтав» сперва было в поселке Дубки. Но с 1984 года Министерство электронной промышленности Советского Союза строило главный завод в Махачкале. Тогда там был сплошной лес, и Комитет природоохраны помогал в организации строительства нового корпуса завода.

Тут отец меня дожал и уговорил пойти на «Эльтав». Я пришел к директору Сааду Мусаевичу Магомедову. Он назначил меня начальником цеха товаров народного потребления. Это было отдельное здание, на железнодорожной станции «Махачкала 1».

Мы производили цветомузыку. Сами набивали платы и собирали блок. Фонари отливались в нашем филиале в Хасавюрте, а филиал в Бабаюрте собирал резисторы.

Карьера

Я помогал всему заводу в организации бытовых вопросов, так как у меня были повсюду связи. Поэтому уже в 1992 году директор дал мне должность заместителя по бытовым вопросам.

Проработав еще два года, я был назначен заместителем директора по финансовой части. И процедура акционирования предприятия, начавшаяся в 1994 году, была с моим участием.

Но в последующем я оставил эту должность т.к. в 1997 году меня выбрали в совет директоров завода. В 1998 году по настоянию министра промышленности Дагестана Ибрагимхалилова Ахмеда я согласился возглавить завод.

Огромные надежды и расходы

Завод имел уникальное оборудование по выращиванию кристаллов для микроэлектроники. Тогда доход от этого производства сравнивали с оборотом оружия и наркотиков. Поэтому мы вложились в восстановление оборудования. Главного инженера я отправлял искать запчасти по всей стране и за границу.

За четыре года мы обновили оборудование. Чтобы усовершенствовать технологию выращивания кристаллов, мы тратили 5–7 тыс. долл. США за каждый эксперимент. К нам приезжали специалисты из Фрязино, Брянска, Зеленограда.

Мучились, но дошли до процесса отгрузки продукции. Был такой завод АТ-2, выпускавший для АвтоВАЗа коммутаторы, в которых было два кристалла из Франции по доллару за штуку. Мы предложили им кристаллы за 50 центов. Но крупные партнеры не хотели работать с Дагестаном, боясь обрыва сложной технологической цепочки. Поэтому в 2003 году я согласился создать совместное предприятие на площадях крупного российского завода АО «Ангстрем» в Москве с использованием наших станков.

А потом российские предприятия без поддержки государства не выдержали конкуренцию с Китаем. И мы остались с носом.

Промышленный парк «Эльдаг»

К 2020-му наше финансовое состояние улучшилось настолько, что мы очистились от кредитов, на которых сидели с 1994 года. Но мы столкнулись с имущественным и земельным налогом. Пошли предложения снести завод и застроить многоэтажками. Но я же производственник. Это не для меня.

В конце 2020 году министром промышленности и торговли назначили молодого парня Халилова Низама Рахмановича. Он работал в Москве в знакомых мне структурах Минпрома страны. Вышел на него, пригласил на завод и провел экскурсию.

Я ему прямо сказал, что у меня уже аллергия на чиновников, «но если ты сейчас не поможешь, я сношу к такой-то матери все это». Низам Халилов предложил решение, и мы создали частный промышленный индустриальный парк «Эльдаг». Сейчас у нас 10 резидентов. Они получают субсидии на закупку оборудования и льготы по налогам.

Свои образование и опыт в управлении промышленности я использую здесь, подбирая резидентов так, чтобы они были друг другу полезны. У нас соседствуют производители стекла, электрокабелей, мебели, сварочный и покрасочные цеха.

Сетевая организация

Инфраструктуру завода «Эльтав» делали с нуля. На наших сетях работают Кировская администрация, соседние суды и соседние многоквартирные дома. Наши электросети тянутся на 12 км от подстанции «Махачкала 110», и ток преобразуется для потребителей на наших трансформаторах.

Однако мы платили за электричество по цене, в которой были издержки на содержание наших же собственных сетей. Пришлось обращаться в суд, который признал нас сетевой организацией. В результате мы получили тариф, по которому «Дагэнерго» уже должно было платить хотя бы зачетом нам за транзит электричества к потребителям.

А потом пошла политика консолидации сетей. С 2024 года мы уже не сетевая компания, и все вернулось на новый круг: сети де-факто наши, и мы их за свой счет обслуживаем, а нам не дают даже скидку на электричество. Хотя как только кабели горят, мы помогаем «Дагэнерго» за счет своих средств.

Электростанция

В доме товарища увидел аккумуляторы, которые держат несколько часов электричество при отключении тока. Взял контакты компании «Солнечные системы» и заказал домой такие же аккумуляторы. При установке разговорился с инженером компании. Оказывается, вдохновитель и товарищ основателя компании — Идрис Магомедович Идрисов, инженер, который на нашем «Эльтаве» первый в стране биполярный транзистор сделал и начал ставить солнечные панели в Дагестане еще 20 лет назад.

Принял предложение инженеров поставить сетевую станцию на 100 кВт на крышу завода. Станцию собрали быстро и запустили в конце апреля. В мае, несмотря на дожди, станция сгенерировала более 14,8 мегаватт-часов электричества. Экономия — более 100 тысяч рублей. Плюс поддержка постоянного уровня необходимого напряжения, что важно для моих резидентов-производителей.

По итогам этого года, скорее всего, будет приниматься решение об увеличении мощности станции в два раза. Наш опыт могут взять и другие промпредприятия республики, чтобы сохранить промышленность Дагестана.